С. Сироткин Старшеклассникам о праве и правах человека Беседы Содержание. Предисловие Беседа первая - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Курс лекций Содержание  Предисловие 8 988.43kb.
Книга 2 Содержание Беседа 16 сверхчеловек: фантазия для неполноценных 16 5038.07kb.
12 Общие положения о праве собственности и других вещных правах (4... 1 36.03kb.
Урок №46 Тема: «Лев Николаевич Толстой. Рассказ \"После бала\". 1 97.31kb.
Урок по обществознанию для учащихся 8 класса по теме «Права человека»... 1 33.26kb.
Технология проведения беседы 1 42.36kb.
P. Сообщение №887/1999, Ляшкевич против Беларуси 1 141.23kb.
Экологическое право. (Интегрированный урок-практикум) 1 62.12kb.
Теоретический вопрос для контрольной работы 1 23.97kb.
Урок «Понятие права. Норма права». 10 класс учитель: Галитовская О. 1 75.41kb.
Т. Общие положения о предпринимательском праве. Источники предпринимательского... 1 62.14kb.
Формально оно происходило, без сомнения, из прежней patria potestas... 1 212.7kb.
Урок литературы «Война глазами детей» 1 78.68kb.
С. Сироткин Старшеклассникам о праве и правах человека Беседы Содержание. Предисловие - страница №1/12



С. Сироткин
Старшеклассникам
о праве и правах
человека
Беседы

Содержание.


Предисловие. ...........................................................................................................
Беседа первая,

в частности о том, кем вы не станете после наших бесед,

о том, что я не хотел бы увязнуть в частных юридических вопросах,

и о внутренней логике всех наших следующих встреч..........................................................


Беседа вторая,

которая и составляет основу всего нашего дальнейшего общения

и которая кратко может быть обозначена так:

“Государство - общество - личность”

или “Личность - общество - государство”............................................................................................
Беседа третья,

в которой к вопросу о государстве и личности

добавится вопрос о праве..................................................................................................................................... 22
Беседа четвертая,

которая есть продолжение третьей

и в которой все сказанное о личности, государстве и праве

рассматривается через исторический опыт разных стран............................................... 31


Беседа пятая,

в которой обсуждается вопрос о том, что же стоит за писаным законом

и как оный закон может противоречить праву.............................................................................. 41
Беседа шестая,

в которой права человека уподобляются траве, пробивающейся сквозь асфальт, а также предпринята попытка доказать,

что они - вовсе не рассуждения либералов, а самая практичная вещь,

и что поняли это не только высоколобые интеллектуалы,

а и все мировое сообщество................................................................................................................................. 51
Беседа седьмая,

в которой наконец-то конкретно говорится об основных правах и свободах,

их поколениях и допускается легкое ворчание в адрес младшего из поколений................................................................................................................................................................................. 60
Беседа восьмая,

продолжающая предыдущую и повествующая о “подводных камнях”

второго поколения прав человека,

а так же ставящая вопрос о пределах свободы и прав личности.................................... 69


Беседа девятая и последняя,

в которой содержится краткий обзор

основных институтов защиты и поощрения прав человека,

а также подводятся общие итоги всех бесед.......................................................................................... 79


Приложение №1

к беседе четвертой, которое на самом деле вовсе с ней не связано,

а есть только текст лекции, содержащей изложение элементарных основ

знаний о государстве и демократии........................................................................................................... 86



Приложение №2

к беседе шестой, которое просто знакомит

с некоторыми международными документами и механизмами

в области прав человека...................................................................................................................................... 99


Приложение №3

к беседе шестой, которое содержит краткое

описание того, как обращаться в Европейскую Комиссию

и Европейский Суд по правам человека.......................................................................................... 105


Приложение № 4

к беседе девятой и последней, в котором содержится сухое изложение

мирового опыта работы института омбудсмена,

который все же создается в России под названием

Уполномоченный по правам человека............................................................................................... 109
Послесловие ................................................................................................................................................................ 116

Предисловие

Некоторое краткое предисловие показалось мне уместным и даже необходимым для более точного определения и объяснения того, что же из себя представляют настоящие беседы и как они появились.

Началось все в начале декабря 1996 года – перед Днем прав человека (имеется в виду 48-я годовщина принятия Всеобщей декларации прав человека). Мне предложили прочитать лекцию о правах человека и Декларации перед одиннадцатиклассниками 1741-й московской школы. Вообще-то, лекции для меня – дело отнюдь не новое, в разных аудиториях приходилось бывать, но вот школьники... ? Впрочем, колебался я недолго и 10 декабря “дебют” в новом для меня качестве состоялся.

Мне кажется, это оказалось интересным и для меня, и для слушателей. Во всяком случае, мне ни разу не пришлось сдерживать внутреннее раздражение, что случается, когда приходится выступать в аудитории, внутренне абсолютно равнодушной, не знающей и, главное, простодушно не желающей знать что бы то ни было. Напротив, сидящие за партами оказались не столько слушателями, сколько со-участниками и со-беседниками. Так что до текста собственно Декларации мы так в тот раз и не дошли. Опыт показался удачным и встреча 10 декабря оказалась не последней.

Через несколько дней мне предложили нечто гораздо более серьезное – прочитать уже курс лекций для 11-х классов той же школы. Был дан карт-бланш на выбор конкретных тем лекций в общих рамках – “право и права человека”. У меня были свои представления о том, из чего можно составить подобного рода цикл бесед, но тем не менее на первой беседе я провел простенькое анкетирование с целью понять, а что же мои собеседники считают важным и нужным для себя. Наши мнения разошлись не слишком сильно, учитывая, что некоторых смысловых пластов всей проблемы прав человека они просто не могли знать.

Признаюсь, что некоторые колебания у меня все же были – я не учитель и никакой методики не знаю; утешало же то, что речь шла фактически о выпускниках и завтрашних студентах, с которыми я вполне успешно проработал в свое время несколько лет. Необходимость же такого рода курсов в школе у меня сомнений не вызывала в силу двух причин.

Во-первых, давно убежден, что для России сейчас Министерство образования важнее Министерства обороны. Во-вторых, известные мне курсы правоведения, граждановедения и т.д. для средней школы оставляли чувство глубокой и острой неудовлетворенности. Чаще всего они оказывались набором внутренне несвязанных фрагментов из разных наук и отраслей права. Иногда же они включали и вовсе какие-то дикие, антиправовые по своей сути задания и примеры.

Более того, за большинством из этих пособий стояло странное представление, что гражданина формирует некоторый набор сведений из основ рыночной экономики, примитивных или, наоборот, слишком трудных для школьника основ государства и права и т.д. Можно и нужно написать хорошие основы правовых знаний для школьников, но это вовсе не решает проблемы школьного гражданского образования.

Мне же казалось и кажется сейчас, что гражданин – это самоопределение личности в обществе, это система ценностей, в которой ключевое место занимают достоинство личности, свободы и права человека. Не может быть никаких серьезных реформ, пока не происходит изменений в сознании, в оценке права, в оценке ценностей демократии; нельзя на аркане притащить кого бы то ни было в свободное демократическое общество. Я собирался говорить о праве и правах человека именно в таком ключе.

Зачем сейчас в школе разговор о правах человека? Вырастут, все узнают сами! Дело, однако, в том, что о них поздно “прочитать” потом. В 11 м классе тоже поздно, но надо же как-то начинать.

Разумеется, в гражданском становлении основную роль играют не когнитивные компоненты, а усваиваемый в процессе социализации опыт, но не только он.

Иногда попадались пособия именно по правам человека, но начинались они прямо с прав человека – “каждый имеет право на ....”. А почему, собственно говоря? И почему вообще столько слов о правах человека? Почему это – ценность?

Короче, вопросов и недоумений оставалось и остается много. Это, наверное, неизбежно, поскольку речь идет о создании чего-то большего, чем организация дополнительного набора сведений для школьников в области, в которой наш опыт – и социальный, и педагогический в том числе – скорее негативен.

Задачу-максимум для себя я определил примерно так: попытаться “обкатать”, проговорить со старшеклассниками то, что давно считаю важным и необходимым компонентом гражданского образования, понять их реакцию и заинтересованность, готовность услышать и понять некоторую другую интерпретацию общественных и личных ценностей и смыслов.

Сразу признаюсь, что у меня были относительно “тепличные” условия: я читал факультатив по субботам, привлекавший прежде всего тех, кто интересовался всей этой проблематикой и, соответственно, чьи представления в общественной и правовой области не были девственно чистыми. Это давало мне возможность говорить с ними вполне серьезно и без лишних упрощений. И с ними было интересно.

Наши беседы записывались на диктофон и через несколько дней я получал полные распечатки текстов.

* * *

Совершенно неожиданно опыт школьного общения получил продолжение, правда, – на другом уровне. Осенью 1997-го я был вовлечен в проект Института “Открытое общество” с несколько неожиданным названием “Школа – правовое пространство”. Это было уже со-трудничество с учителями, в том числе – из школы №1741, где в свое время состоялся мой “школьный дебют”. Мне довелось прочитать серию лекций на семинарах проекта и существенно расширить свои представления о восприятии школьниками – и учителями – достаточно новой для них проблематики.



Этот опыт общения – необходимая и важная часть бесед, помещенных в брошюре.

* * *


Разумеется, все стенограммы претерпели весьма существенную переработку: сокращение, стилистическую правку, уточнение и добавление отдельных моментов, замену пересказа цитатами, если мне казалось это необходимым, некоторую перегруппировку материала наших бесед. Я убрал основную часть вопросов и возникающих по ходу бесед мини-дискуссий, поскольку большинство из них либо относились к оценкам текущих политических событий в контексте наших бесед, либо состояли в разъяснении употребляемых мной терминов, что вряд ли разумно помещать в эту брошюру. Вместе с тем я не счел необходимым перерабатывать беседы в какие-либо “материалы к урокам” или лекции и оставил ту разговорную интонацию, которая, полагаю, хоть в некоторой мере сохраняет атмосферу совместной работы и поиска.

* * *


Наконец, последнее по счету, но не по важности.

Я хотел бы поблагодарить сотрудников и экспертов проекта “Школа – правовое пространство” института “Открытое общество”. Все было не только задумано, но и организовано ими.

Отдельно мне хотелось бы поблагодарить учителей московских школ №1741 и №1832, раменской школы №2, новоуральских школы №48 и городской гимназии №47, участвовавших в проекте. В ходе нашего общения они помогли мне многое уточнить и понять в том, что я знаю заведомо недостаточно – современную среднюю школу. Надеюсь, это позволило сделать предлагаемые беседы чуть ближе к действительным проблемам школьного гражданского образования.

Беседа первая
о том, кем вы не станете после наших бесед, о том, что я не хотел бы увязнуть в частных юридических вопросах, и о внутренней логике всех наших следующих встреч

– Давайте так: на сегодняшнюю и каждую последующую встречу я предлагаю некоторый эпиграф, точнее – девиз, отражающий, на мой взгляд, главное в той теме, которую мы обсуждаем в этот день. Девиз сегодняшней беседы – слова замечательного и любимого мной русско-грузинского философа Мераба Мамардашвили:

Способность быть учеником выше и достойнее,
чем способность быть учителем”.

Сегодня наша первая встреча и она может показаться вам несколько странной: мы так и не дойдем до каких-то содержательных разговоров о праве и правах человека, а вместо этого я буду вам что-то обещать в будущем, перечислять разные проблемы, делать оговорки и что-то спрашивать у вас.

Казалось бы, все ясно: наша тема – “Право и права человека”. Можно брать “быка за рога” и начинать. Давайте, однако, не будем торопиться!

Сначала познакомимся и определим наши “правила игры”.

Начнем с того, что я представлюсь и скажу несколько слов о моей работе.

Это важно как некоторое пояснение к моему появлению здесь, а также ко всему тому, что я буду говорить сегодня и в наши последующие встречи. Я – не учитель, и хотя несколько лет работал в вузах, педагогом себя не считаю. Говорю об этом потому, что строить наше общение методически грамотно я не намерен, поскольку не вижу в том особой надобности: наш курс факультативный, и это означает, по крайней мере, одно – вы соучастники, а не объект “педагогического мастерства”. Я – делюсь с вами тем, что знаю и в чем убежден; вы – пытаетесь понять, оценить, а далее – принимаете или нет. Думаю, вам стоит на время наших встреч забыть, что вы в школе: в наших беседах нет “предмета” в школьном значении этого слова, нет оценок, нет контрольных и даже нет правых – есть только попытки понять и убедить другого.

По образованию я юрист, специальность моя – международное и конституционное право. С 1990 года – член Верховного Совета РФ и Комитета ВС по правам человека. С 1993 – в Комиссии по правам человека при президенте РФ. В 1996 вышел из Комиссии. Сейчас – в неправительственной организации, разумеется, связанной с юридическими программами вообще и правами человека в частности.

Сказанное – не для пущей собственной “значительности”, а в пояснение основного содержания нашего общения.

Работая много лет в области прав челове­ка, я с неизбежностью профессионально субъективен и пристрастен. Я не претендую на то, чтобы принести вам некоторый набор абсолютных истин и бесспорных положений. Значительная часть того, что я намерен говорить сегодня и в последующие встречи – только мои личные убеждения. Существуют иные концепции, иные подходы и я буду о них упоминать. Более того, абстрактно я готов признать за другими подходами и интерпретациями такую же степень правоты, как и за собственными, но – абстрактно. Говорить буду все же преимущественно о том, в чем убежден лично.

Надеюсь, что мой рабочий опыт будет нам полезен еще и потому, что многие абстрактные, казалось бы, вещи – изменение всей правовой концепции, законодательный процесс, создание Конституция – мне довелось наблюдать совсем близко и даже поучаствовать в этом деле вместе с лучшими российскими юристами. И дело не только в “оживлении” картинок, но и в том, что я хотел бы передать вам ощущение живого исторического процесса, современниками и соучастниками которого мы являемся.

Разумеется, некоторая часть нашего времени будет посвящена изложению того, что более или менее признано в юридической среде и примерно соответствует тому, что излагается для юристов-первокурсников или студентов неюридических вузов. Не думаю, что это станет самой интересной и содержательной частью нашего общения, но необходимой – да. Это чисто информационный блок, где спорить особенно не о чем, и на этих проблемах мы не будем останавливаться долго. Может быть, оптимальным вариантом было бы предоставление вам просто информационных материалов или текста лекции без специального обсуждения; знаете, как в любой бюрократической конторе – специальные папки под названием “материалы к заседанию”. Чтобы обсуждать серьезные проблемы, надлежит знать, как минимум, общепризнанные основы.

Как я уже говорил, у меня нет опыта работы в школе и с методикой школьных занятий я не знаком, потому предлагаю сразу определить жанр нашей дальнейшей работы. Для меня проще всего – лекции, для вас скучнее всего – они же. О семинарах говорить рано. Определим наш жанр как “беседы о ...”. Что воспоследует за “о...”, я скажу чуть позже, а сейчас – собственно правила.

1. Со мной вовсе не обязательно соглашаться. Возражения приветствуются.

2. Соответственно, меня можно перебивать для уточнений, возражений, протестов, дополнений и т.д. в любое время. Если что-то непонятно, немедленно останавливаемся и пытаемся вместе обсудить “темное” место еще раз.

3. Я имею право в любой момент спросить вас, о чем считаю нужным, но это вовсе не означает, что вы должны знать ответ. Желательно отвечать, даже если не знаете, но предполагаете или просто почувствовали какое-то “внутреннее шевеление”.

4. В любой дискуссии есть абсолютный императив: слушаем и пытаемся понять противоположную позицию. Можно внутренне “закипать и булькать”, но нельзя перебивать, не до­слушав аргументы, если, конечно, ваш соперник не прибегает к какому-нибудь “ораторскому флибустьерству”.

Об элементарной вежливости и корректности аргументов я не говорю.

* * *


Я навел некоторые справки о вашей школьной программе и знаю, что у вас было что-то вроде курса обществоведения. Верно?

Обществознание.

– И что в него включалось?

Нормы поведения, кое-что о смертной казни, еще были некоторые основы философии.

– Хорошо. Все те представления и знания, которые у вас уже есть в области политической истории, элементарных начатков философии, этики нам будут очень кстати, их я считаю фундаментом и на нем буду строить все свои рассуждения. Сразу предупреждаю, что я ничего не буду специально упрощать “для деточек” и имею в виду, что через полгода кое-кто из вас будет уже студентом. На это я и ориентируюсь. С вашей стороны это предполагает некоторые интеллектуальные усилия, которые придется предпринимать. Моя задача – помочь вам войти в некоторое новое для вас духовное и интеллектуальное пространство, в которое никого нельзя затащить силком.

Предложенный на сегодня девиз – об этом. Мое дело – поделиться тем, что знаю и о чем думаю. Ваше – собственными усилиями освоить новое, в чем-то изменить свои представления, в идеале – что-то изменить в себе. Чья задача труднее? – Смотри сегодняшний девиз!

* * *

Мне была предоставлена счастливая возможность, но вместе с тем и ответственность самому выбрать то, о чем мы будем беседовать в течение всех наших встреч. Эдакий карт-бланш. Чуть позже я попытаюсь выяснить и ваши представления о том, что следовало бы обсудить, и готов корректировать то, о чем задумал беседовать на всех наших встречах, но – в определенных пределах. “Ужастиков” из истории криминалистики, уголовной хроники из “МК” или пересказа книжек в жанре “Москвы бандитской” не ждите.



Я, разумеется, заглянул в те пособия, которые написаны за последние годы, ориентированы на старшеклассников и называются типа “граждановедение” или “основы гражданского образования”. Дело в том, что именно подобным в этом смысловом пространстве может быть определено все то, что я намерен с вами обсуждать.

Хулить коллег дело неблагодарное, но должен признаться, что наиболее распространенные подходы в этой области кажутся мне неверными. Нынешнее гражданское образование в старших классах школы понимается почему-то только как упрощенный вариант известного курса “Основы советского права” для студентов неюридических специальностей. Сейчас, разумеется, “советского” заменяют на “российского”, но сам подход – то же самый. И состоит он в том, что предлагается “солянка”, или “неаполитанская пицца” из кусочков, так или иначе относящихся к рыночной экономике, политике, организации власти и т.д. Вдобавок ко всему этому прилагаются произвольно выхваченные институты из нескольких отраслей права, чаще всего – гражданского, семейного, трудового и пара “пугалок” из уголовного. Что сказать об этом?

С институтами наследственного или обязательственного права без базового юридического образования, по-моему, не справиться, а вред иллюзии всезнайства – очевиден. И в юридических вопросах это может быть так же опасно, как в медицине. Скажем, оказание первой помощи в случае приступа аппендицита не предполагает операции по его удалению, а только меры по непричинению вреда и скорейшему обращению к врачу-хирургу. Аналогия, конечно, условная, как всякая аналогия, и тем не менее.

Потому я не буду утомлять вас ни перечислением институтов гражданского права, ни проблемами распределения полномочий между президентом и госдумой и т.д. Думаю, с некоторыми из этих вещей вы в состоянии разобраться сами, внимательно прочитав Конституцию, с другими, как я уже говорил, не разберетесь независимо от упоминания их в наших беседах. Поэтому и существуют юридические консультации – как организации. Они и есть те самые хирурги, к которым надлежит обращаться в случае юридической надобности.

Если помните, в названии нашей беседы есть мое обещание сказать, кем вы не станете после наших встреч. Так вот, юристами вы точно не станете и доли причитающегося вам наследства вычислять не научитесь.

Так что ж, Вы вообще не будете касаться конкретных правовых вопросов? Вы считаете, что нам не нужны юридические знания для повседневной жизни?

– Они необходимы, и кое-что нас всех заставляет выучивать сама жизнь. Конечно, лучше, когда некоторая минимально необходимая сумма юридических сведений преподается и усваивается в школе. Таких вопросов много: это и права потребителей, проще говоря, что делать, куда и когда жаловаться, если вас надувают в магазине, отказываясь обменять проданный вчера хлам, и что делать, если вас задержала милиция и т.д. Все это вещи важные и нужные, но – другие. Это то, что преподается в старших классах большинства стран мира и на английском называется “street law”, а при переводе точнее всего соответствует нашему “праву на каждый день”.

Мы же будем говорить о более общих и в тоже время абсолютно конкретных вещах. Я не хотел бы предвосхищать последующие беседы, но права потребителя, например, – штука замечательная, если право обеспечивает ваши права. И мне хотелось бы, чтобы вы поняли эти зависимости и эту механику. Может быть, не только поняли, но и почувствовали. Рискну сказать, что важен не набор правовых терминов, важно “чувство права”. Говорю это, понимая всю условность и странность такого сочетания.

Итак, наши беседы – не об основах российского права, они – о праве вообще и о правах человека в частности. И не только в России.

Мы с вами будем говорить о том, что, на мой взгляд, является ключевым и принципиально важным в этой области. Я бы даже рискнул определить все наши беседы одной темой – “Личность в современном обществе”, понимаемая, однако, через право и права человека. Полагаю, это куда важнее и нужнее для неюристов, чем какие-либо специальные частные юридические проблемы.

То, что мы будем с вами обсуждать, посвящено не только правовым вопросам. Мы проведем междисциплинарные беседы, объединяющие в себе элементы социальной философии, политологии, философии и теории права, и более частные – собственно правовые – проблемы из области конституционного и международного права. Как ни странно это прозвучит в устах юриста, но права человека – вовсе не строго юридическая наука или ее часть. Точнее – права человека имеют свои крайне важные юридические аспекты и немыслимы без них, но не исчерпываются ими и не могут быть поняты в рамках только правовых наук.

Я, однако, остаюсь юристом и хотя не собираюсь перегружать вас частными юридическими проблемами, но мы, тем не менее, будем все-таки оставаться преимущественно в поле правовых знаний, представлений и идей.

Не подумайте, что я намерен тратить свое и отнимать ваше время на обсуждение неких абстракций и сугубо теоретических конструкций. Или читать вам основы политологии. Я уже говорил, что юристами после наших бесед вы не станете, политологами не станете тоже. Это не моя задача.

Так в чем же я вижу свою задачу? Извольте: во-первых, как я уже говорил, часть наших бесед будет просто передачей вам некоторых представлений из области юридической науки, более или менее общепризнанных и общепринятых. В этом качестве воспринимайте сведения о признаках, формах и функциях государства, о формальных признаках права и т.д.. Это будет не самой интересной частью наших бесед, но – необходимой. Ряд сведений я дам вам в виде приложений к беседам. Ваши представления о социальных институтах, праве и организации власти станут чуть более точными и широкими. Я намерен также использовать и объяснять вам, в случае необходимости, терминологию, употребляемую в политических и юридических науках. Это необходимо и полезно как для целей наших бесед, так и в общекультурном отношении.

Однако эта передача сведений не является для меня значимой целью. Важнее то, что во-вторых: я уже говорил, что хотел бы помочь вам войти в некоторое новое для вас духовное и интеллектуальное поле, сущность которого я обозначил как “право и права человека”. И здесь мы будем говорить о том общественном, социальном пространстве, в котором мы существуем, об общественных целях и ценностях, о достоинстве человека, о проблемах самоопределения личности в очень противоречивых и трудных условиях современной России, о самоопределении каждого из нас.

Теперь это труднее, чем раньше.

Когда родители ворчливо уверяют вас, что им в молодости было несравненно труднее, спорить не надо.

Но было легче: спектр, горизонт возможностей и соблазнов, трудности интеллектуального и морального выбора были неизмеримо меньше. И разбираться в жизни было проще. Вы не знаете той эпохи по личному опыту и личной памяти, но понимать и знать это следует. Не имеющие памяти обречены вечно наступать на грабли.

Газеты, голоса, программы новостей отличались друг от друга не больше, чем серый черт от черного. А дальше все просто: поглупее или подоверчивее так все и воспринимали, другие – понимали все с точностью “до наоборот”. Сейчас “социальный коктейль” посложнее и кроме прямой лжи включает еще и правду, не всегда простую и понятную, и демагогию, которой наплевать на всякую правду и ложь, и все это вместе в любых сочетаниях. Вы живете уже в этом поле и в нем вам предстоит самоопределяться. Если наши беседы в чем-то помогут вам, моя задача-максимум будет выполнена. Я говорю не об обращении вас в свою веру, а о том, чтобы ваш выбор строился на понимании альтернатив и дилемм.

* * *


А сейчас я хочу сказать несколько слов о внутренней логике всех наших бесед. Я подчеркну – речь идет именно о логике, а не о темах наших бесед. Мы начнем с того, что попробуем разобраться в достаточно сложном, трудном и, казалось бы, абстрактном вопросе. Я уже упомянул о нем – это вопрос о государстве, обществе и личности, об их отношениях, их конфликтах, о том, что является, на мой взгляд, принципиальным, ключевым, когда мы пытаемся понять что-то сами для себя. Но это вовсе не абстракции, это предпосылка вашего самоопределения в усложнившемся мире. И совсем конкретно: что мне, вам, человеку вообще государство имеет и не имеет право навязать, где я, а где другие, что такое мои и общественные интересы, что такое словесный хлам вроде “державности” и что за ним стоит?

Все, о чем мы будем беседовать, – это, если угодно, одна из интерпретаций, одно из объяснений всего, что происходит с нами. Здесь, сейчас, в Москве, в России, вокруг России; происходит вообще, в принципе.

Нам придется говорить о сложных вещах, связанных с ценностями разных культур. Мы актуализируем, приблизим это для своих собственных надобностей.

После рассмотрения ключевой проблемы, связанной со взаимоотношениями в системе “государство – общество – личность”, мы попытаемся найти во всем этом место для права, уяснить его роль и место, особенности и глубинное содержание. Мы попробуем заглянуть в то, что стоит – и стоит ли что-нибудь – за писаным правом. И еще попытаемся понять, так в чем же ценность прав человека, и что же они, собственно, такое – предмет академических дискуссий, светских бесед, политических спекуляций или вещь вполне реальная и даже практичная? Хотелось бы мне хотя бы кратко ввести вас в международный контекст прав человека – международные документы и институты по правам человека. А после дифирамбов свободе и правам человека зададимся вопросом: так где же, и есть ли, пределы моей свободы? Наконец, завершим мы наши беседы кратким обзором механизмов и институтов защиты и поощрения прав человека.

Еще раз подчеркну: я не думаю, что все сказанное может быть понято и осмыслено вне гораздо более широкого и глубокого исторического контекста, чем собственно юридические проблемы наших дней и нашей страны, а потому и мы с вами обречены бродить по векам и странам.

* * *


В самом начале нашей беседы я говорил, что вовсе не претендую на знание всех ответов и окончательной истины, что неизбежно субъективен. Закон всемирного тяготения не знает двух противоположных интерпретаций, и географические координаты Байкала не изменяются в зависимости от убеждений говорящего. Совсем не то – область, в которую мы вступаем, где многообразие подходов и интерпретаций не уступает числу спорящих. Я вовлекаю вас в новую и весьма сложную проблематику, и дабы избежать возможных недоразумений сейчас и в будущем, когда вы столкнетесь с совершенно иными толкованиями, представлениями и системами ценностей, я прямо отвечу на вопрос, который в свое время бессмертный сын турецкоподданного Остап Бендер задал на первом заседании “Союза меча и орала” одному из “заговорщиков”: “Ваше политическое кредо?” Проще говоря, я должен как-то определиться перед вами в собственных убеждениях и пристрастиях.

Большая часть того, что я намерен говорить вам, так или иначе связана с идеологией неолиберализма, т.е. теории, исходящей из того, что основой динамичного демократического общества является свободная личность и ограничение вмешательства государства в экономику и социальную жизнь. Неолиберализм ХХ века в общефилософском плане связан, прежде всего, с именами лауреата Нобелевской премии по экономике Фридриха фон Хайека и американца Милтона Фридмана. В наших беседах будут также незримо присутствовать такие разные и разномыслящие исследователи и искатели, как юристы Р. Дворкин, Ф.Люшер, Дж.Ролз и М.Крэнстон, политологи Карл Поппер и Роберт Патнэм, историк Дэниэл Бурстин и многие-многие другие. Я не излагаю их взгляды, но мне близок их пафос в защиту единичного, частного интереса и ограничения роли государства. Дело здесь не в изложении, а в том, что мой образ мышления и оценок формировался отчасти под их влиянием и воздействием.

Это вовсе не означает, что вам надлежит или – упаси Бог – “вы должны” разделять со мной мои убеждения. Вовсе нет! Я настаиваю только на одном, но уж на этом настаиваю твердо, – на а-догматическом восприятии всего, что я буду говорить. Основа демократии и либерализма – не институты демократии (парламенты, независимые суды), а – критическое мышление, без которого либерализм не более, чем конъюнктурная фраза.

Все сказанное не означает, что я против активной внутренней политики государства, против государственной поддержки малообеспеченных, безработных, социально неадаптированных; но эта политика, на мой взгляд, должна строиться на основе динамично развивающейся рыночной экономики, предполагающей – как условие – ценности свободы и самоопределения личности. Я не претендую на то, чтобы выражать “сбалансированную” и “взвешенную” точку зрения, но убежден, что в условиях изживания патерналистской (от “pater” – отец семейства) психологии, когда все – дети неразумные, которых государство-отец опекает, поощряет и наказывает, – лучше лекарство, чуть более горькое, чем это необходимо, чем социальная демагогия о сильной социальной политике в нищем государстве. Здесь я вспомню изречение из одного древнейшего памятника буддизма – Дхаммапады, что если ты переплываешь реку, то забирай выше по течению, чем тебе нужно, потому что течение все равно снесет. Я не имею в виду религиозное содержание афоризма, но только себя: в этом – некоторое оправдание моему либерализму, который может показаться более либеральным, чем собственно либерализм.

О наших российских ученых – философах, политологах, правоведах. В нашем жанре устных бесед не место длинным цитатам и ссылкам на авторитеты. Да и что такое авторитеты в условиях глубокого системного кризиса “советской политической и юридической науки”? Тем не менее, я хотел бы специально отметить, что многие идеи, которые будут упомянуты и развиты в наших последующих беседах, связаны не только с именами классиков либерального российского право- и государствоведения – Б.А.Кистяковского, Н.М.Коркунова, Б.Н.Чичерина, П.И.Новгородцева, кн. Е.Н.Трубецкого, историка В.Леонтовича, но также с именами наших современников – С.Алек­сеева, А.Ахиезера, А.Оболонского, Э.Аметистова, Р.Тузмухамедова, Р.Мюллерсона, Б.Страшуна, В.Нерсесянца, В.Кикотя, Е.Лукашевой, Л.Мамута, В.Челидзе и других, при всем различии масштабов и значений каждого из них; кто-то присутствует как незримый оппонент, кто-то – как единомышленник. Имен много и очень разных; думаю, что некоторые из них вовсе не были бы или не будут мне благодарны за упоминание их в этом контексте, но что поделать!

И, наконец, самое главное: многому из того, что будет звучать в наших беседах и что стало моими убеждениями, я обязан многолетнему общению, совместным размышлениям и спорам с друзьями, знакомыми и коллегами – Сергеем Ковалевым, Михаилом Молоствовым, Ларисой Богораз, Арсением Рогинским, Борисом Золотухиным, Анатолием Кононовым, Александром Даниэлем, Вячеславом Бахминым, Олегом Орловым. Среди них мало юристов, это, в основном, правозащитники по призванию, то есть те, для кого право и права человека – не столько система сведений, сколько нравственная позиция. Движение в защиту прав человека ни в СССР не сводилось, ни сейчас никак не сводится к борьбе идей и концепций; это по преимуществу моральный протест и утверждение права личности на свободу мысли и слова. И это важнее, чем система знаний и представлений о праве и правах человека.

* * *

У русского писателя Помяловского есть повесть “Мещанское счастье”. Повествование длится и длится, и вот – последняя страница, а о счастье – ни слова. Последнее предложение повести: “А где же, спросите вы, мещанское счастье? А мещанское счастье впереди!” К чему это я?



Собственно говоря, до проблемы прав человека мы с вами дойдем только к концу наших бесед. И они займут небольшую часть нашего времени. Что ж, бывают проблемы, к которым важнее подвести, чем через них – провести. Права человека – в этом ряду.


следующая страница >>