Оглядываясь в прошлое - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Оглядываясь в прошлое - страница №1/1

ПАЛЕСТИНА





ОГЛЯДЫВАЯСЬ В ПРОШЛОЕ

По инициативе венского журналиста Т. Герцля в конце августа 1897 г. в швейцарском городе Базеле со­стоялся I Сионистский конгресс, на котором присутст­вовало 197 делегатов из 17 стран мира. На Базельском конгрессе было фактически создано ядро организаци­онной структуры международного сионизма — Всемир­ная сионистская организация, которую возглавил Т. Герцль.

Представители различных еврейских общин одобрили идею создания «еврейского национального очага» и приняли «Базельскую программу», в которой предус­матривались конкретные шаги для осуществления этой цели.

«В своей книге «Еврейское государство», — писал сио­нистский историк Н. Сафран, — Герцль отдал предпо­чтение Палестине как месту для создания еврейского государства.., но он был согласен и на какое-либо дру­гое место. I Сионистский конгресс, однако, единодушно высказался за Палестину. Через несколько лет этот выбор подвергся испытанию, когда британское прави­тельство предложило Герцлю территорию для расселе­ния евреев в Восточной Африке. Герцль и многие дру­гие сионисты были склонны принять это предложение, но у сионистов из Восточной Европы сложилась твер­дая оппозиция любой альтернативе, кроме Сиона (на­звание холма в Иерусалиме)...

Наконец, VII Сионистский конгресс, собравшийся в 1905 г., после смерти Герцля, отверг предложение о Восточной Африке и окончательно переориентировался на Палестину».

Между тем фактическая колонизация Палестины, ко­торая в то время входила в состав Оттоманской импе­рии, началась гораздо раньше. Уже в 1882 г. там воз­никли первые поселения, основанные Палестинским ев­рейским колонизационным обществом, которое принад­лежало банковской группировке Ротшильда. В самом конце XIX века во главе колонизации встала Всемир­ная сионистская организация, при которой вскоре были образованы экономические и финансовые учреждения, занимавшиеся скупкой земли у местных арабских и ту­рецких помещиков.

«Освоение» Палестины в соответствии с положениями «Базельской программы» стало возможным благодаря тесному союзу, сложившемуся между ведущими сио­нистскими лидерами и правящими кругами Великобри­тании, давно стремившимися к установлению своего контроля над Ближним и Средним Востоком.

«Англия со своими владениями в Азии должна быть больше всего заинтересована в сионизме, — писал Т. Герцль, — так как кратчайший путь в Индию лежит через Палестину. Великие политики Англии первыми поняли необходимость колониальной экспансии. Вот почему британский флаг реет на всех океанах. И по­этому, я надеюсь, в Англии идея сионизма, которая яв­ляется колониальной идеей, легко и быстро будет вос­принята в своей истинной и наиболее современной форме».

В годы первой мировой войны центром международного сионизма стал Лондон, где активно действовал прези­дент Британской сионистской федерации (в будущем — первый президент государства Израиль) Хаим Вейцман. Установив доверительные отношения с такими полити­ческими деятелями, как Ллойд Джордж, А. Бальфур, У. Черчилль, Г. Сэмюэль, Р. Сесил, лорд Мильнер и др., X. Вейцман сумел убедить их в выгодах, которые Англия могла бы извлечь из сотрудничества с сиониз­мом.

Великобритания, стремившаяся к установлению своего контроля над Палестиной, рассчитывала на помощь си­онистов в борьбе против национально-освободительного движения палестинцев. В ходе первой мировой войны к этим соображениям добавилось еще одно обстоятельст­во, которое, по-видимому, сыграло решающую роль в окончательном выборе Великобритании в пользу сио­низма. Обратимся к документу. Вот выдержка из до­клада специальной королевской комиссии, созданной английским правительством для изучения ситуации в Палестине, сложившейся во время первой мировой войны

«В своих показаниях перед комиссией Ллойд Джордж, являвшийся тогда (т. е. в годы первой мировой войны) премьер-министром.., указал на серьезное положение, в котором оказались союзники по Антанте. Румыния разбита, русская армия деморализована французская армия неспособна предпринять широкое наступление, итальянцы потерпели серьезное поражение при Капоретто. Британские суда общим водоизмещением в мил­лионы тонн пущены ко дну германскими подлодками. Ни одна американская дивизия так и не появилась в окопах. В этой критической ситуации возникло мнение, что симпатии или антипатии евреев могут изменить в ту или иную сторону положение союзников. В частнос­ти, симпатии евреев могли обеспечить странам Антан­ты поддержку американского еврейства...»

В докладе комиссии не указывалась еще одна причина, побудившая британское правительство к всемерной поддержке сионизма. Так, например, по мнению совре­менного английского историка К. Сайкса, «перед нояб­рем 1917 г. считалось, что открытая поддержка сиониз­ма Англией оторвет русских евреев от большевистской партии».


2 ноября 1917 г. после длительных переговоров сио­нистских лидеров с английскими правящими кругами появилась на свет так называемая Декларация Бальфура, в которой правительство Великобритании обещало сионистам оказать помощь в создании еврейского «на­ционального очага», в Палестине. Декларация, имевшая столь важное значение для последующего хода событий на Ближнем Востоке, имела вид частного письма, адре­сованного министром иностранных дел Англии Джеймсом Бальфуром могущественному еврейскому магнату лорду Ротшильду.

«Министерство иностранных дел 2 ноября 1917 г. Мой дорогой лорд Ротшильд!

Мне доставляет удовольствие довести до Вашего сведе­ния от имени правительства Его Величества следующее заявление, свидетельствующее о симпатии к планам еврейских сионистов, которые были представлены на рассмотрение кабинета и одобрены им.
Правительство Его Величества благосклонно относится к идее учреждения в Палестине национального очага для еврейского народа и приложит все усилия, чтобы облегчить достижение этой цели, причем само собой разумеется, что не будет предпринято ничего, что мог­ло бы нанести ущерб гражданским и религиозным пра­вам существующих в Палестине нееврейских общин или правам и политическому статусу евреев в любой другой стране.

Я был бы Вам благодарен, если бы Вы довели эту дек­ларацию до сведения Сионистской федерации. Ваш А. У. Джеймс Бальфур».

Декларация Бальфура в течение трех десятилетий ис­кусно использовалась сионистскими лидерами в их борьбе за реализацию одной из своих главных целей — создание еврейского государства в Палестине.

Еще до опубликования Декларации Бальфура в печати она была вручена американскому президенту Вильсону и одобрена им, а в начале 1918 г. ее официально под­держали правительства Франции и Италии. На конфе­ренции в Сан-Ремо 25 апреля 1920 г. державы Антанты одобрили Декларацию Бальфура и вынесли решение о ее включении в текст Севрского мирного договора меж­ду странами Антанты и Турцией, который был заклю­чен 10 августа 1920 г.

Тогда же участники конференции в Сан-Ремо приняли решение о передаче Англии мандата на Палестину, снабдив его дополнительной статьей, где указывалось, что страна-мандатарий несет ответственность за вы­полнение Декларации Бальфура. В июле 1922 г. бри­танский мандат был одобрен Лигой Нации и вступил в силу 29 сентября 1923 г. В преамбуле соглашения о предоставлении Англии мандата на Палестину содер­жалась ссылка на Декларацию Бальфура, а в третьем параграфе преамбулы было четко сформулировано признание «исторической связи» евреев с Палестиной и «оснований для возрождения его национального очага в этой стране».

За несколько лет до британского мандата, а именно в январе 1918 г., в Палестине появилась так называемая сионистская комиссия, наделенная британским прави­тельством полномочиями по подготовке условий для со­здания «национального очага». Присвоив себе функции «параллельной администрации», сионистская комиссия, действовавшая по инструкции Всемирной сионистской организации (ВСО), пыталась создать в Палестине свой, независимый аппарат управления.

Ответом на притязания сионистской комиссии явились массовые волнения арабского населения Палестины. «Возмущение арабов было, в частности, спровоцирова­но требованием комиссии об участии евреев в военной администрации и о наделении комиссии правом развер­нуть подготовку еврейских сил обороны» — писал аме­риканский специалист по ближневосточным проблемам Д. Дэвис,
Последнее объяснялось тем, что по окончании первой мировой войны британские власти распустили еврей­ский легион, которым командовал известный сионист­ский лидер В. Жаботинский, рассчитывавший со вре­менем создать из него регулярную армию. После рос­пуска легиона В. Жаботинский приступил к формиро­ванию нелегальных «частей самообороны», впоследст­вии составивших костяк полурегулярной армии сиони­стов «Хагана».

Военные приготовления сионистов до предела накали­ли обстановку. В марте 1920 г. произошли вооруженные столкновения между переселенцами и местными жите­лями в северной Палестине. Несколько недель спустя ареной кровопролитных столкновений стал Иерусалим, где было убито несколько евреев и арабов, а раненых оказалось более двухсот человек.

«Равновесие терпимости», складывавшееся в Палести­не в течение веков, было нарушено первой волной ев­рейских колонистов, хлынувших на «землю обетован­ную» еще до первой мировой войны. Причину сразу же возникшей в Палестине напряженности, с годами развившейся в ближневосточный конфликт, нетрудно по­нять, если учесть, что многие переселенцы, усвоившие шовинистские установки сионистской доктрины, посту­пали в соответствии с предложенной еще Т. Герцлем программой «освоения» Палестины.

«Предположим, например, — писал Т. Герцль, — что нам необходимо очистить страну от диких зверей. Мы не будем решать эту задачу так, как это делали евро­пейцы в V веке. Мы не будем метать стрелы и копья и преследовать медведей. Мы организуем широкую и энергичную охоту, мы выгоним зверей и сбросим на них мелинитовые бомбы».

Сионистская формула «народу без земли — землю без народа» способствовала распространению почти биоло­гического расизма в отношении арабов. Вот что писал о сионисте, бывшем депутате кнессета Шмуэле Даяне (отце бывшего министра обороны, а позднее министра иностранных дел Израиля Моше Даяна) израильский журналист Шабтай Тевет: «Арабы были для него при­надлежностью этой дикой местности, подобно моски­там, насекомым и диким зверям. Поэтому они воспри­нимались как временное явление. Подобно тому, как ди­кая трава и колючий кустарник подлежали сожжению, а болота — осушению, пораженные болезнями и голо­дающие племена бедуинов должны были исчезнуть».

Если на первых порах сионистские эмиссары скупали у местных арабских феодалов пригодные для земледелия участки, что неизбежно вело к разорению и изгнанию с земли тысяч палестинских крестьян-арендаторов, то впоследствии, по мере укрепления позиций сионизма в Палестине, стали возрастать притязания евреев и на руководящую роль в промышленности и сельском хо­зяйстве.

План создания в Палестине сионистских вооруженных формирований родился еще в начале века, когда на «земле обетованной» возникли первые разрозненные поселения иммигрантов. Небольшие вооруженные группы, носившие название «Бар-Гиора», были сфор­мированы еще в 1908 г. В апреле 1909 г. на их основе была учреждена террористическая организация «Гашомер». В 1921 г. Исполком ВСО объявил о наборе добро­вольцев в вооруженные отряды «Хаганы». В 1929 г. был сформирован штаб «Хаганы», в функции которого вхо­дили мобилизация и военная подготовка личного соста­ва, нелегальное приобретение оружия, разработка так­тики ведения боевых действий против арабских по­встанцев.

В 1924 г. идеолог милитаристской концепции сионизма В. Жаботинский заявил: «Наша программа не сложна. Цель сионизма — еврейское государство. Территория — оба берега реки Иордан. Метод — массовая колониза­ция. Решение финансовой проблемы — национальный заем... Следовательно, требование времени заключает­ся в проведении новой политической кампании и в во­енной подготовке еврейской молодежи...»

Если сионизм и идея превращения Эрец Исраэля («Земля Израиля». Так сионисты называли всю терри­торию подмандатной Палестины) в еврейское государство являются нравственными, то есть справедливыми, то эта справедливость должна быть установлена вне зависимости от чьего-либо согласия или несогласия... И если кто-либо попытается помешать осуществлению справедливости, ему следует дать отпор при помощи силы... Другой морали не существует».

Вопрос о переселенцах по-прежнему оставался главной заботой руководящих органов международного сиониз­ма. Ведь подготовка к созданию еврейского государства путем постепенного «огосударствления» «ишува» была бы невозможна без постоянного притока еврейских им­мигрантов в Палестину. Особого размаха иммиграция достигла во время второй мировой войны и в первые послевоенные годы. Сионистские эмиссары развернули активную деятельность в лагерях для перемещенных лиц на территории Западной Европы, призывая евреев, переживших ужасы гитлеровского геноцида, пересе­ляться в Палестину.

«Арабы знали, что политика сионизма наносит им ущерб, — писал в 1945 г. палестинский общественный деятель Эмиль Тури, — и что эта политика приведет в будущем к изгнанию их из собственной страны, в кото­рой они жили веками. Время показало, что их опасения были оправданы и политика сионистов в Палестине действительно угрожает интересам и существованию арабов. Эти опасения проявляются в трех основных ас­пектах:

1) Арабы в Палестине в 1918 г. составляли 93% населе­ния, евреи — 6%, а ныне, в 1945 г., арабы составляют 67% населения, тогда как евреи — 32%. Если сионист­ская иммиграция в Палестину будет продолжаться, то арабы могут со временем стать меньшинством в своей собственной стране... а впоследствии им, возможно, во­обще придется покинуть ее.

2) В 1918 г. арабы владели 95% всех земель в Палести­не, а в настоящее время в их руках остается не более 70% земель. Остальное перешло в руки евреев, причем та часть земли, которой они овладели, составляет поло­вину лучших обрабатываемых земель...

3) Жители Палестины лишены возможности управлять своей страной, они чувствуют себя иностранцами на ро­дине. Лишенные прав и независимости, они сегодня пользуются лишь правом избирать городские советы. Однако и это право до сих пор не обеспечивается на де­ле...»

29 ноября 1947 г. Генеральная Ассамблея ООН на своем пленарном заседании приняла резолюцию 181 (II) о раз­деле Палестины и создании на бывшей подмандатной территории Англии в Палестине двух государств — ев­рейского и арабского. Под территорию еврейского госу­дарства с населением 1 008 800 человек выделялось 14,1 тыс. кв. км., арабское государство с населением 758 520 человек должно было разместиться на территории пло­щадью 11,1 тыс. кв. км.

Пункт «А» части III резолюции гласил:

«Город Иерусалим учреждается как отдельная единица, пользующаяся специальным международным ста­тусом и состоящая под управлением Организации Объ­единенных Наций».
Стремясь во что бы то ни стало не допустить создания арабского государства, сионисты уже в конце 1947 г. начали необъявленную войну за овладение всей Пале­стиной.

К марту 1948 г. они разработали программу действий по вытеснению арабских жителей под кодовым наиме­нованием «План Д».


В апреле 1948 г. сионисты «перешли к политике умыш­ленного нажима на арабов, чтобы вынудить их к бегст­ву, применяя широкий спектр средств от искусной пси­хологической войны до безжалостного изгнания силой».

В ночь с 9 на 10 апреля 1948 г. две группы террористов из «Иргун цвей леуми» и «банды Штерна» окружили арабскую деревню Дейр-Ясин, расположенную непода­леку от Иерусалима, и учинили там жестокую распра­ву над мирными жителями. По свидетельству предста­вителя Международного Красного Креста, в ту ночь си­онисты вырезали 254 человека — мужчин, женщин и детей.

Вот как это происходило:

«Выведенные из дома жители, в их числе и новобрач­ные, чью свадьбу недавно отметила деревня, оказались в числе первых жертв. Их выстроили вдоль стены и расстреляли...


Двенадцатилетний Фахми Зайдан, один из тех, кому удалось выжить, рассказывал: «Евреи приказали всей нашей семье встать у стены и начали стрелять. Я был ранен в бок, но большинство из нас, детей, сумели спа­стись, так как мы прятались за родителей. Пули попа­ли моей сестренке Кадри (4 года) в голову, моей сестре Самии (8 лет) в шею, моему брату Мухаммеду (7 лет) в грудь. Все, кто был с нами у стены, погибли: папа, ма­ма, дедушка и бабушка, мои дяди и тети и некоторые из их детей...»

«Халим Ид, тридцатилетняя женщина, принадлежав­шая к одной из влиятельных семей в Дейр-Ясине за­явила, что видела, как человек всадил пулю в шею ее сестре Салхи, которая находилась на 9-м месяце бере­менности. Затем он вспорол ей живот ножом... Расска­зы выживших указывают на то, что женщины, действо­вавшие в составе банд, соперничали в жестокости со своими сообщниками-мужчинами. Постепенно Дейр-Ясин превратился в ад, наполненный воплями, взрыва­ми ручных гранат, запахом крови, пороха и дыма. Бан­диты убивали, грабили, насиловали...»


А вот отрывок из протокола дознания, проведенного офицером британской полиции на месте преступления: «Многие школьницы были изнасилованы, а затем звер­ски убиты... Рассказывают случай, когда маленькую девочку в буквальном смысле разорвали на части. Мно­гих младенцев изрубили на куски...»

Первая арабо-израильская война началась сразу же после провозглашения Израиля. Стремясь положить конец зверствам сионистов в отношении мирных араб­ских жителей, войска шести арабских стран (Иордании, Египта, Сирии, Ирака, Ливана и Саудовской Аравии) вступили на территорию Палестины. Боевые действия продолжались с перерывами до 23 марта 1949т.

В ходе войны Израиль оккупировал 6,7 тыс. кв. км. арабской территории (что составляло чуть меньше по­ловины всей площади, отведенной еврейскому государ­ству резолюцией ООН.), в том числе значительную часть Иерусалима.

«Результатом осуществления «Плана Д», — писал Д. Дэвис, — и жестокой практики изгнания, которая про­должалась в ходе войны, было то, что к сентябрю 1948 г. сотни тысяч арабских жителей лишились своих до­мов, владений и средств к существованию».

(Использованы материалы книги Игоря Ярославцева «В чем обвиняется сионизм».)

ТРАГЕДИЯ САБРЫ И ШАТИЛЫ

15 сентября 1982 г., на 102-е сутки вероломной агрессии против Ливана, израильские войска вошли в Бейрут, ранее покинутый отрядами Палестинского дви­жения сопротивления. Захватив ливанскую столицу, оккупанты блокировали лагеря палестинских беженцев Сабра и Шатила, расположенные на южных окраинах города неподалеку от аэропорта.

Утром 16 сентября 1982 г., как свидетельствуют оче­видцы, в районе аэропорта появились люди в воен­ной форме оливкового цвета без знаков различия. Их было около тысячи. 18 сентября мир узнал о крова­вой расправе над мирными жителями Сабры и Шатилы.

27 сентября 1982 г. парижская газета «Матэн» опубли­ковала рассказ жительницы Шатилы по имени Лейла. 16 сентября в ее дом ворвались вооруженные люди. «Всем на улицу! — приказали они. — Если у вас есть грудные дети, возьмите их с собой». Угрожая оружием, они отводили мужчин и юношей в одну сторону, жен­щин и детей — в другую. По словам Лейлы, эти люди принадлежали к отрядам так называемой «армии сво­бодного Ливана», возглавляемой известным головоре­зом майором Хаддадом. Кроме них, Лейла видела на улицах лагеря израильских солдат и бойцов из форми­рований фалангистов.

Все произошло в считанные секунды. Отойдя на не­сколько шагов, убийцы вскинули автоматы и открыли огонь по безоружным людям.

Мужчины и юноши (среди них муж и два сына Лейлы) были убиты все до одного. «Я видела женщину с мла­денцем на руках, — рассказывала Лейла. — Ее убили, а ребенок чудом остался жив. Один из людей Хаддада сказал: «Его надо прикончить», и тут же задушил его собственными руками.

«Как вы определили, что среди солдат были израиль­тяне?» — спросил Лейлу корреспондент газеты. «Они объяснялись на иврите, — сказала она. — Один из них разговаривал по полевому телефону. Он докладывал о том, что творилось вокруг».

Солдаты из воинства Хаддада и фалангисты с повязка­ми «МР» (военная полиция) на рукавах оттаскивали тру­пы, не забывая при этом обшаривать карманы в поисках денег и драгоценностей. «Всюду была кровь, — расска­зывала Лейла, — и убийцы наскоро засыпали ее пес­ком».

«Армия свободного Ливана». Так называются бандит­ские формирования, сколоченные бывшим майором ли­ванской армии Саадом Хаддадом на юге Ливана при по­мощи израильских спецслужб. Значительная часть этой «армии», насчитывающей по разным источникам от двух до четырех тысяч человек, состоит из фаланги­стов и других псевдохристианских элементов, как мест­ных, так и переброшенных морем из порта Джуния на севере в Хайфу (Израиль) и оттуда по суше в южные районы Ливана», как ее представляет израильское ко­мандование, — борьба с отрядами ПДС и Национально-патриотических сил на юге Ливана.
«Это началось вечером 16 сентября, — сообщил журналистам один из жителей Шатилы Ибрагим Насер. — Мы с женой и детьми были у друзей в северной части лагеря и только поэтому остались живы. В тот день по­сле длительного артобстрела израильские танки появи­лись на главных улицах южной части лагеря и пере­крыли все выходы. Мы слышали стрельбу, видели ос­ветительные ракеты, но не придали этому особого зна­чения, так как за долгие годы жизни в лагере привык­ли к выстрелам. А ведь это было настоящее побоище — они уничтожали всех подряд».
Голос Ибрагима дрогнул, он стиснул кулаки. «Никого из тех, с кем я бок о бок прожил здесь почти сорок лет, не осталось в живых. Варвары не пощадили даже груд­ных детей».
«В Шатиле у меня много родных, но сам я живу в Бей­руте, — начал свой рассказ учитель местной школы Аднан Мааруф. — В пятницу я решил навестить род­ственников. С трудом пробравшись через израильские кордоны, я вошел в лагерь и оказался одним из первых, кто увидел весь этот ужас. Убийцы пытались уничто­жить следы бойни — засыпали трупы землей, утрамбо­вывая ее гусеницами танков. Дома сносили бульдозера­ми. Оставшиеся в живых в панике прятались в подва­лах. Если бы они знали, что этим обрекают себя на еще более страшную смерть... Бандиты бросали в подвалы гранаты, а потом взрывали дома динамитом, погребая под развалинами живых и мертвых...»

Рассказывает Дэвид Грей, хирург из Великобритании, работавший в палестинском госпитале «Газа»: «Уже в четверг 16 сентября до нас донеслись слухи, что в лагеря беженцев ворвались какие-то солдаты и уби­вают всех подряд...» Поначалу врачи не придали этим слухам особого значения — чудовищная истина откры­лась им лишь через день.

Рано утром в субботу в госпитале появились вооружен­ные люди. Они разрешили остаться с больными одному врачу и одной медсестре, а остальных работников гос­питаля, около 20 человек (среди них были англичане, американцы, норвежцы, шведы, датчане, финны, за­падные немцы и палестинцы), отвели на территорию Сабры.

Там врачи увидели чудовищные следы кровавой бой­ни — изуродованные трупы на улицах, забрызганные кровью стены. Двух палестинцев из медперсонала убийцы отвели в сторону и тут же расстреляли. Иност­ранным врачам они приказали снять с себя белые ха­латы и передники. «Не надо было обладать особым во­ображением, чтобы представить себе, для чего это де­лается», — сказал Грей.

К счастью, бандиты вовремя одумались, испугавшись ответственности за убийство врачей из западных стран. Один из фалангистов даже извинился перед ними за «причиненные неудобства». Грей и его коллеги спас­лись только из-за нежелания убийц навлечь на себя гнев западных правительств», — заявил журналист Дж. Редден, интервьюировавший Грея.

В субботу 18 сентября журналисты, дипломаты и на­блюдатели ООН, прибывшие в лагерь Шатила, оказа­лись свидетелями ужасающих последствий кровавой бойни. Среди руин валялись окровавленные, облеплен­ные мухами трупы мирных палестинских жителей, ставших жертвами преступления, заставившего содрог­нуться весь цивилизованный мир.

В тот же день американское агентство ЮПИ передало из Бейрута срочное сообщение: «Репортеры видели сотни трупов мужчин, женщин и детей, уничтожен­ных в лагерях палестинских беженцев в Западном Бейруте».

«Лагерь палестинских беженцев Шатила на Южной окраине Бейрута фактически превращен в руины, — сообщил корреспондент ТАСС Ратмир Орестов. — В воздухе стоит удушающий трупный запах, земля усе­яна стреляными гильзами. Повсюду валяются вещи, еще недавно принадлежавшие жившим здесь людям. Земля — и это не преувеличение — пропитана кровью. Везде работают бригады добровольцев и представите­лей Международного Красного Креста. Надев противо­газы, они разгребают руины, извлекают оттуда сотни трупов».

А вот репортаж корреспондента ЮПИ Уолтера Висниевски, переданный в Нью-Йорк после полудня 18 сен­тября:

«У Ибрагима аль-Бурги (49 лет) не было никаких шансов на спасение. Его и еще восемь убитых мужчин на­шли неподалеку от главного входа в палестинский ла­герь Шатила. Все они убиты выстрелами в упор. Смерть, видимо, наступила мгновенно. Их трупы — первое, что я увидел в лагере.

То, что мне довелось увидеть потом, было еще ужасней. Трупы женщин и детей уже раздулись от палящего солнца, над ними кружили тучи мух. Это было страш­ное зрелище. Только за 20 минут (за это время мы обо­шли лишь незначительную часть территории Шатилы) я насчитал 200 трупов. Большинство домов в лагере бы­ли разрушены бульдозерами. Немало трупов оказались погребенными под грудами щебня и обломков. Казалось, что убийцы задались целью уничтожить все живое... Девять мужчин у стены, чуть дальше еще 15 других бы­ли расстреляны из автоматов, а затем по трупам про­ехал грузовик. Рядом с телом Ибрагима аль-Бурги ва­лялся пакет с хлебными лепешками. А чуть дальше — цветные фотографии двух мальчиков и двух девочек, видимо его детей, и несколько фотографий жены. В кармане у Ибрагима аль-Бурги обнаружили ливанский паспорт; возможно, он даже не был палестинцем. Его убили только потому, что в тот страшный день он ока­зался в лагере палестинских беженцев».

ТРАГЕДИЯ «СРЕДИЗЕМНОМОРСКОГО РАЯ»

21 мая 1947 г. один из «отцов-учредителей» Из­раиля Давид Бен-Гурион записал в своем дневнике:

«Ахиллесовой пятой арабской коалиции является Ли­ван. Превосходство мусульман в этой стране искусст­венно и может быть легко ниспровергнуто. Там следу­ет создать христианское государство с южными грани­цами по реке Литани. Мы бы с таким государством под­писали договор о союзе... Мы могли бы захватить Трансиорданию, после этого пала бы Сирия. А если бы Еги­пет осмелился продолжить войну против нас, мы бы на­несли бомбовые удары по Порт-Саиду, Александрии, Каиру. Мы, таким образом, закончили бы войну, отпла­тив Египту, Ассирии и Халдее за наших предков».

В 1954 г. Бен-Гурион вновь выступил с идеей создания на территории Ливана христианского минигосударства. Для разжигания сепаратистских настроений и межоб­щинной розни в Ливане он предложил использовать деньги из фондов Еврейского агентства.

С годами, по мере развития Палестинского движения сопротивления, в обиходе израильской пропаганды по­явился провокационный тезис о так называемом «пале­стинском факторе».

«Палестинское присутствие» в Ливане, как известно, восходит к 1948 г., когда там появились первые палатки беженцев, пытавшихся спастись от сионистского терро­ра. После 1970 г. в Ливан из Иордании переместилось командование ПДС и его боевые отряды, которым офи­циальный Амман запретил ведение военных действий против Израиля с иорданской территории. Часть этих отрядов была переброшена в Южный Ливан. Под пред­логом борьбы с «террористами» из ООП израильское командование начало в широких масштабах применять на юге Ливана тактику карательных рейдов. Израильская артиллерия регулярно обстреливала ливанскую терри­торию; постоянные вторжения мелких подразделений, а иногда и крупных частей израильской армии нарушали суверенитет соседней арабской страны.

Так, за 7 лет фактической войны Израиля против Юж­ного Ливана (1968-1975) сионисты совершили более 6200 мелких актов агрессии, более 4 тысяч раз бомбили с воздуха или обстреливали из артиллерийских орудий ливанские населенные пункты, 350 раз вторгались в его пределы силами от сотен до тысяч солдат. С 12 мая 1968 г. по 31 октября 1974 г. в результате этих терро­ристических акций погибло более 500 мирных жителей, 765 были ранены, 151 похищены и уведены в Израиль. Ливанская армия потеряла 60 человек убитыми, 159 ра­неными, 30 человек были похищены израильскими пат­рулями. За тот же период в южном Ливане агрессоры разрушили две тысячи домов, нанесли огромный ущерб поголовью скота и сельскохозяйственным посевам, вы­рубили много оливковых рощ.
Цель агрессора была ясна: заставить население бежать на север, освободив таким образом территорию для «людей без земли» — будущих израильских колонис­тов. Вот зарисовка об обстановке в Южном Ливане в начале 70-х годов, приведенная журналистом «Мидл Ист интернэшнл» со слов одного из жителей этого рай­она: «Приграничные деревни по ночам освещаются из­раильскими прожекторами... Через громкоговорители передаются оскорбительные реплики в адрес ливанцев. Крестьянин, работающий на полях, рискует быть убитым израильским снайпером. Чуть дальше от границы крестьяне и их дети могут быть изувечены или убиты бомбами замедленного действия, города в глубине ли­ванской территории также небезопасны. Около 70 про­центов жителей Набатии по ночам покидают город и спят в близлежащих деревнях, боясь бомбежек и арт­обстрелов».

Изо всех сил раздувая назревавшие в Ливане внутрен­ние противоречия и конфликты, сионисты стремились вбить клин между ливанцами и палестинцами, предста­вить многострадальный народ, который они сами же лишили земли и родины, как непреодолимое препятст­вие благополучию Ливана. Разгорается гражданская война.

Перед вторжением в Ливан летом 1982 г., которое ста­ло пятой за последнюю треть века ближневосточной войной, Израиль поставил определенные цели: разгро­мить организацию освобождения Палестины, утвердить в Ливане послушный режим, ослабить Сирию и вытес­нить ее войска с ливанской территории, где они нахо­дятся под флагом Лиги арабских государств.

6 июня 1982 г. Израиль начал крупномасштабную аг­рессию против Ливана. Это было, по характеристике «Монд дипломатик», неравное противоборство между «гигантской военной машиной — одной из самых усо­вершенствованных и «обкатанных» в мире, с ультрасо­временной техникой и сверхоснащенной авиацией, — и десятью тысячами партизан, имевших лишь легкое и среднее оружие...»

Проутюжив гусеницами своих танков более 80 киломе­тров ливанской территории, войска агрессора вышли к южным пригородам Бейрута. 15 июня они приблизи­лись к бейрутскому международному аэропорту, а их бронетанковые подразделения заняли позиции в приго­роде ливанской столицы Баада, где находится резиден­ция президента республики.

Свидетельствует французский журналист Поль-Мари де Ла Горс:

«Живя в Бейруте, я почти каждый день шел пешком обычным маршрутом: либо к отделению агентства Франс Пресс, расположенному неподалеку от резиден­ции премьер-министра, либо к кварталу Верден, где жили мои друзья. Всякий раз я проходил мимо восьми­этажного дома, который называли домом Авкара — ка­жется, по имени владельца. Размещался он на окраине квартала Саная. Как у любого городского дома, у него была своя жизнь, и я иногда замедлял шаг, пригляды­ваясь к его обитателям — женщинам, болтающим у входа или переговаривающимся прямо из окон сосед­них квартир; молодым влюбленным, назначавшим здесь свидания, и, конечно, детям, целыми днями игра­ющим в войну, как и все дети мира. Но для Бейрута это было обычное явление еще и потому, что с начала гражданской войны весной 1975 г. она стала частью по­вседневной жизни.

В этом доме жили палестинцы. В 1948 г. они покинули свои города и деревни, но были уверены, что когда-ни­будь вернутся обратно — когда проведут новую границу, когда на помощь придут арабские государства, ког­да установится подлинный мир... Но они не вернулись. Они жили в лагерях на западном берегу реки Иордан. А в 1967 г., после «шестидневной войны», когда Изра­иль оккупировал Западный берег, они перебрались в Иорданию. Три года спустя палестинцам вновь при­шлось сняться с места: они оказались на юге Ливана. В 1978 г., когда Израиль провел первые крупные опера­ции на южном берегу реки Литани, они вновь были вы­нуждены уйти. Так они оказались в Бейруте.

.

6 августа 1982 г. исполнилось два месяца с начала но­вой ливанской войны. Я находился в Бейруте и жил, как обычно, в отеле «Бристоль». В течение нескольких последних дней израильтяне непрерывно обстреливали город, хотя уже были достигнуты договоренности меж­ду правительством Ливана, палестинским эмиссаром Филипом Хабибом о выводе сил ООП из Бейрута.


В 13.45 в дом Авкара попал первый снаряд, семью ми­нутами позже — второй.
Израильтяне взорвали «вакуумную бомбу» американ­ского производства. Вот что пишет о принципе ее дей­ствия военный обозреватель израильской газеты «Гаарец» Зеев Шифф: «Это своего рода гигантский распы­литель, рассеивающий авиационное горючее. В момент попадания в цель специальное устройство распростра­няет вокруг себя облако горючей смеси, которая затем поджигается. Это вызывает «подлинный эффект взры­ва, направленного вовнутрь в пространстве диаметром 15 метров». Возникающая пустота как бы притягивает внешние стены к центру пострадавшего здания. Пре­имущество такого оружия заключается в том, что оно «разрушает исключительно запланированную цель». Действительно, всевозможные усовершенствования превратили «вакуумную бомбу» в своего рода самона­водящуюся ракету с гарантированным попаданием в цель.

В тот день израильская авиация применила «вакуум­ную бомбу» в порядке эксперимента — восьмиэтажный дом Авкара обрушился в мгновение ока. В течение че­тырех дней вооруженные лопатами спасатели тщетно пытались отыскать уцелевших людей. Следует доба­вить, что с объявлением воздушной тревоги многие жи­тели соседних домов сбежались в укрытие — обшир­ные подвалы дома Авкара. Не уцелел ни один». «Пари матч», 14 января 1983 г.


(Использованы материалы книги Ю. Тыссовского «Пре­ступление без наказания». М. 1983)