Н. окладников торговые связи жителей мезенского поморья с северной норвегией - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Что за человек городничий? 1 33.04kb.
Учебно-исследовательская конференция «Юность Поморья» Направление... 1 202.9kb.
«Женская безработица и специфика её преодоления в условиях северной... 1 156.29kb.
Благодаря своему геополитическому положению и природно климатическим... 1 75.02kb.
Торговые центры Екатеринбурга 1 74.06kb.
Вопросы безопасности эксплуатации банковских систем, распределение... 1 12.63kb.
1. Культурогенез и первобытная культура. Иконникова Проблемы культурогенеза... 1 48.49kb.
Обеспечение максимального объёма продаж молочной продукции на основе... 1 48.16kb.
«Понятие текста. Основные признаки текста. Виды, способы и средства... 1 114.46kb.
Практической работы (лабораторной работы, диктант, сочинение. 1 152.24kb.
История древняя история 1 33.97kb.
О состоянии эпидситуации по энтеровирусной инфекции и мерах ее профилактики 1 45.45kb.
Урок литературы «Война глазами детей» 1 78.68kb.
Н. окладников торговые связи жителей мезенского поморья с северной норвегией - страница №1/1



Н. ОКЛАДНИКОВ


ТОРГОВЫЕ СВЯЗИ ЖИТЕЛЕЙ МЕЗЕНСКОГО ПОМОРЬЯ

С СЕВЕРНОЙ НОРВЕГИЕЙ

( ВТОРАЯ ПОЛ. XIX – НАЧАЛО XX ВВ.)

Торговля с Северной Норвегией занимала важное место в экономике Мезенского уезда. Морские дороги в Норвегию жителями Беломорья, в том числе мезенскими поморами, были хорошо изучены и освоены еще в XVIII веке. Об этом свидетельствует «Книга мореходная с означением мест, сколько от одного до другого расстояния и приметы становищам», составленная в Беломорье в XVIII веке и ныне хранящаяся в фондах Архангельского Областного краеведческого музея (№ 3482). В этой книге имеются разделы: «Ход из Архангельска до Норвегии», «Ход по норвежскому берегу», «Обратно из Норвегии». В этих разделах перечислены географические пункты, которые поморы Беломорья посещали на берегах Северной Норвегии для торговли и обмена привозимых товаров на норвежскую рыбу. Перечисление этих пунктов свидетельствует о прочных торговых связях между Поморьем и Северной Норвегией, установившихся в конце XVIII и в начале XIX веков. «Книга» эта подробно описана старейшим архангельским краеведом Ксенией Петровной Гемп в её книге «Выдающийся памятник истории поморского мореплавания XVIII столетия», изданной в Ленинграде в 1980 году.

Торговые связи жителей Мезенского Поморья с Северной Норвегией, носившие временный ограниченный характер до конца XVIII века, получили свое развитие в первой половине XIX века. Особенно возросли эти отношения во второй половине этого века, после того как, норвежцам было разрешено вести свободную торговлю с русскими поморами и продавать им не только сырую рыбу, но и соленую, а жители Поморья. Получили разрешение на беспошлинный вывоз русских товаров в обмен на норвежскую рыбу.

Торговля поморов с норвежцами носила меновой характер – товар менялся на товар. Мезенские поморы на своих судах везли в Северную Норвегию из Архангельска и Мезени ржаную муку, рож, овес, крупу, лесной товар, в том числе не только бревна и доски, но и дрова, и березовую кору, невыделанные кожи и меха, пеньку, смолу, сало скотское, сало ворванье и сено. Из Норвегии они привозили соленую и сушеную рыбу соль, точильные камни, ружья, топоры, норвежские канаты, веревки, парусное полотно и другое.

Весной, сразу после освобождения рек Севера ото льда, суда беломорских судовладельцев из поморских городов шли в город Архангельск. Там судовладельцы брали у местных торговцев в кредит муку, крупу и другие товары и уходили в Норвегию. По приходе в норвежские города Вардгауз, Гамерфест, Тромсен в таможне объявляли о привозе хлеба и, получив билет на право торгового обмена своих товаров на норвежские, отъезжали в разные становища, где больше всего находилось норвежских промышленников, и там договаривались о мене. Обычно эквивалент обмена ржаной муки на рыбу был следующим: на 1 пуд ржаной муки получали 6 вог (норвежская мера веса, около 18 кг. – Н.О.) трески свежей; 4,5 вога. трески соленой; 2 вога палтуса вяленного; 2,5 вога палтуса свежего; 1,5 вога трески сухой; 2,5 сайды сухой 1. Выменянную свежую рыбу поморы тут же сами солили.

Привозимая в Норвегию поморами мука, помимо местного потребления, находила сбыт на зимних ярмарках в Финляндии, где норвежские купцы меня её у финнов саамов на дичь, масло, продукты оленеводства.

За пятилетия, с 1886 по 1905 годы, вывоз муки и крупы в Норвегию составил:

- 1886 – 1890 гг. 500 000 пудов,

- 1891 – 1895 гг. 304 000 пудов,

- 1896 – 1900 гг. 424 000 пудов,

- 1901 – 1905 гг. 480 000 пудов 2.

Цена на норвежскую сухую треску в России в начале XIX века была достаточно высокой. Один пуд её стоил 1 руб. 80 коп. – 1 руб. 90 коп. Цена на ржаную муку в Норвегии составляла 2 руб. 50 коп. за пуд, тогда как цена ржаной муки в Архангельске составляла в среднем 1 руб. 10 коп. – 1 руб. 15 коп. 3.

Меновая торговля поморов с норвежцами вызвала быстрый рост торгового парусного флота в Поморье. Вот что по этому поводу писал 1892 году известный историк Севера Герард Милейко: «Всякий, кто побывал в этих краях, может засвидетельствовать, что любимейшей мечтой каждого крестьянина, сколотившего себе копейку, есть построить судно и отправиться в Норвегию. Это идеал всей его жизни…» 4.

А вот что писал в 1873 году о торговых связях Мезенцев с норвежцами мезенский купец Николай Шевкуненко: «Лет двенадцать тому назад один из более предприимчивых жителей гор. Мезени, мещанин Н., собравши кое-как рублей около тысячи денег, купил небольшое судно, на котором каждый год отправлялся на Мурманский берег, а иногда и в Норвегию для покупки рыбы и других товаров, которые с большой выгодой продавал в Мезени и в короткое время составил порядочный капитал от этой торговли. Видя, что он получает от этого хорошую пользу, вздумали также и другие обзавестись судами и, соперничая один перед другим, до настоящего времени уже настроили до 12 различных судов, как-то шкун, клиперов и ладей.

На этих судах они производят торговые сношения с Норвегиею, как и поморы преимущественно в пограничных городках Вардэ и Вадсэ, куда везут: муку ржаную; строевой лес, длиною 3 саж. и толщиною 3-4 вер.; дрова, сырые кожи, масло коровье свечи, говядину и др. товары, от которых получают немало барыша. Все эти товары продаются норвежским купцам и промышленникам обыкновенно по следующей цене: строевой лес от 50 до 80 коп. штука, дрова от 4 до 6 руб. сажень, масло от 8 до 10 руб. пуд, свечи от 6 до 8 руб. пуд, говядину от 2 до 3 1/2 руб. руб. пуд. На муку же выменивают у норвежских промышленников различную рыбу по следующей цене: на 1 пуд муки берут от 2 до 8 пудов трески, то 3 до 18 пудов пикшуев, от 3 до 20 пудов сайды и от 1 до 3 пудов палтусины. Рыбу эту продают в Мезени и окрестных деревнях, получая нередко от 100 % до 200 % и более на рубль.

Кроме рыбы покупают в Норвегии ром, ликер, чай, сахар, соль и другие товары, ловко провозя их и скрывая их от полиции и таможенных чиновников и продавая тоже с большим барышом; ром по большей части сбывается в тундре самоедам. Матросы на судах частию жители и частию из деревень, получают жалованья, за всё время навигации, от 30 до 60 руб. на хозяйском содержании» 5.

В 1870 году побывало в Северной Норвегии по торговым делам 9 судов мезенских судовладельцев, в 1873 - 17, с 1875 по 1879 – 51 6.

Торговый оборот мезенских поморов с норвежцами за 1870, 1873 и 1886 годы характеризуется следующими данными:



Г О Д Ы

Привезено товаров на сумму

Вывезено товаров на сумму










1870

3 973 руб.

3 899 руб. 7

1873

3 375 руб.

4 677 руб. 39 коп. 8

1886

7 384 руб.

7 114 руб. 54 коп. 9

В 1886 году через Мезенский порт были вывезены в Норвегию следующие товары:




Наименование товаров.

пудов


фунтов

На сумму


Муки ржаной 172 куля 14 мешков

2 319

_

2 345 руб.



Мяса соленого

50 бочек

532

--

1 371 руб.


Масла коровьего

22 бочки

282

--

1 717 руб.


Круп овсяных

7 мешков

35

--

52 руб. 50 коп.


Оленьих рогов

100

--

50 руб.

Сала скотского

20

--

70 руб.

Сала ворванного

2 бочки

25

--

62 руб. 50 коп.


Сена

800

--

310 руб.

Досок сосновых

3 932 шт.

--

665 руб. 84 коп.

Бревен сосновых сухих

18 шт.

--

10 руб.


Дров разных пород

38 ¼ саж.

--

299 руб. 90 коп.

Быков

2 шт.

--

170 руб.

Итого

--

--

7 114 руб. 54 коп.10












Мезенцы вывозили в Норвегию также невыделанные сырые кожи и свечи сальные. Так, в 1874 году из Мезени в Норвегию было доставлено кож бычьих и телячьих невыделанных 9 штук, свечей сальных 22 пуда 11.


В том же году в Мезень из Норвегии были доставлены следующие товары:


Наименование товаров

пудов

фунтов

На сумму


Рыбы соленой и

сушеной:







Трески

2 450

--

2 650 руб.

Сайды

500

--

350 руб.

Пикши

5 520

--

3 760 руб.

Палтуса

160

--

370 руб.

Камбал

60

--

60 руб.

Сельдей 34 бочки

206

--

154 руб.

Рому 3 бочки

4

35

40 руб.

Итого

8 600

35

7 384 руб.12

Из Норвегии в Мезень привозили также в большом количестве поваренную соль. В 1870 году этой соли было доставлено из Норвегии 4 767 пудов 23 фунта, на сумму 1 213 рублей 13.

Что касается рома, то норвежцы навязывали его русским промышленникам «в нагрузку» к основному товару. Вот что об этом писал один из современников: «Промышленники - судохозяева и купцы, приезжающие в Норвегию, не могут взять за свою муку или сало чистые деньги или тот товар, который им нужен исключительно. Если они не желают брать на обмен хотя бы 1/3 рома, то с ними ни одна фирма не станет иметь дело» 14.

Здесь надо отметить, что норвежцы в большом количестве поставляли ром на Мурман и, спаивая там русских поморов-промышленников, беспощадно обирали их. Ром норвежцы приготовляли из низшего сорта картофельного спирта и настоя различных трав, в том чиле ядовитых, с добавлением поджаренного стручкового перца 15.

На Мезени большим спросом пользовались норвежские топоры. Некоторые из запрещенных товаров русские поморы-промышленники доставляли в Мезень контрабандным путем. Так, в Мезенском краеведческом музее хранится прялка-самопрялка с деревянным колесом. Её сдал в музей бывший житель села Койды, Мезенского района Михаил Николаевич Малыгин. По его свидетельству, эту прялку его отец, плававший в Норвегию на шхуне, тайно привез в Койду в разобранном виде под обшивкой судна.

Русские поморы-промышленники свободно чувствовали себя в Северной Норвегии. Благодаря частым сношениям норвежцев с русскими поморами русский язык был в большом ходу в Северной Норвегии. И норвежцы многое перенимали у русских поморов. По утверждению ныне проживающей в Норвегии бывшей архангелогородки Людмилы Логачевой в одной из деревень на Лофотенских островах в Северной Норвегии на Рождество пекут козули в виде рыб и оленей и называют их «Мезень» 16.

Из жителей города Мезени в 70-х годах XIX столетия торговлей с Норвегией занимались: владелец лесопильного завода на Мезени санкт-петербургский купец 1-ой гильдии Николай Иванович Русанов, мезенский купец 2-ой гильдии Николай Викторович Шевкуненко и мезенские мещане: Федор Иванович Кузиков, Петр Фёдорович Сопочкин, Андрей Фёдорович Калинцев, Мелентий Николаевич Фокин и мезенская вдова Ольга Ефимовна Минькина 17.

История сохранила нам не единичные примеры дружбы и взаимовыручки между мезенскими и норвежскими поморами. Мезенцы не раз принимали участие в спасении и оказании помощи спасенным при кораблекрушении норвежцам.

В 1875 году в Белом море близ устья реки Кулоя потерпело крушение норвежское промысловое судно. Экипаж его высадился на берег близ села Долгощелье и оттуда был доставлен на местный лесопильный завод санкт-петербургского купца Н.И. Русанова, стоявший на левом берегу реки Мезени, в 16 верстах от её устья. Владелец завода предоставил приют потерпевшим бедствие норвежцам, поил, кормил их несколько дней и на своем судне отправил в Норвегию, снабдив на дорогу всем необходимым 18.

В конце 70-х годов XIX столетия в устье реки Мезени потерпел крушение и затонул вместе с товаром норвежский парусник. Команда судна была спасена.

Среди те, кого вызволили из ледяной купели, был норвежец Сольфест Гундерсен, торговый человек из города Бергена. Тяжело больного и почти безнадежного его приютил в своем дом е мезенский купец 2-ой гильдии Федор Федорович Калинцев. Присматривать за норвежцем Федор Федорович поручил своей девятнадцатилетней внучке Евдокии, которая в последствии стала женой Сольфеста Гундерсена. Так и осел норвежец в Мезени.

В то время в Мезени проживал норвежский поданный Брокс. Вместе с Сольфестом Гундерсеном они занимались на Мезени заготовкой и закупкой товаров для норвежских купцов. Так, в 1880 году мезенский крестьянин Петров обязался поставить «по условию, заключенному 18 января сего года с норвежскими поданными гг. Брокс и Гундерсен, не менее 50 пудов пуха и пера», что им и было выполнено 19.

В начале августа 1881 года в устье Печоры потерпело крушение норвежское промысловое судно Как известно, в то время всё Нижнепечорье входило в состав Мезенского уезда. Экипаж судна в составе 10 человек норвежских подданных пустозерскими промышленниками на лодках был доставлен в деревню Кую. Купец Александр Алин, видя бедственное положение норвежцев, обеспечил их всем необходимым и на своем судне безвозмездно доставил их за 300 верст в село Усть-Цильму. Здесь норвежцам была предоставлена квартира, а купец А. Алин снабдил их необходимыми продуктами на дорогу из Усть-Цильмы в Мезень, за 700 верст.

Водно-волоковой путь из Усть-Цильмы в Мезень проходил по мелководным рекам и занимал не менее 15-17 дней Местный сельский староста взял на себя все расходы по отправке норвежцев в Мезень, как-то: покупку лодок, наем проводника, оплату за провоз их и лодок через 15-верстный Пезский волок на лошадях.

По прибытию норвежцев в Мезень местный исправник доносил, что они «не имеют положительно никаких средств для дальнейшего следования в Архангельск». И тогда мезенские мещане Личутин и Дорофеев взяли на себя все хлопоты по доставке их в Архангельск, куда норвежцы и прибыли 25 сентября.

Шведско-норвежский консул в Архангельске выразил признательность архангельскому губернатору Николаю Михайловичу Баранову за, бескорыстную и щедрую помощь, оказанную спасенным норвежцам. Шкипер норвежского судна был взят на борт охранного крейсера «Бакан», уходившего на зимовку в Кольский залив, а экипаж разместили на попутной поморской шхуне, направлявшейся к берегам Норвегии 20.


Количество коммерческих мореходных судов в Мезенском уезде за 1886, 1910 и 1915 годы, главным предназначением которых была «перевозка различных груз из Мезени в Архангельск, в Норвегию и обратно»:

1886 г. – 26, в том числе в г. Мезени - 8, в Койденской волости – 16, в Долгощелье – 1;

1910 г. - 23, в том числе в г. Мезени – 9, в Койденской волости – 11, в Долгощельской волости – 2 и в Дорогорской волости – 1;

1915 г. - 23, в том числе в г. Мезени – 3, в Койденской волости – 17, в Долгощельской волости – 3 21.

Отдельные из мезенских судовладельцев имели по несколько мореходных судов. Так, мезенским мещанам братьям Петру, Ивану и Алексею Фёдоровичам Сопочкиным в 1886 году принадлежали две шхуны и один клипе. Мезенский купец Николай Викторович Шевкуненко имел одну шхуну. В 1910 году мезенские мещане Милентий Николаевич Фокин и его сыновья Николай, Алексей и Петр имели 5 коммерческих мореходных судов, в том числе 4 шхуны и 1 яхту. В Койденской волости крестьяне Ефим Степанович Малыгин с сыновьями и Алексей Трофимович Юрьев имели по две шхуны, а Василий Васильевич Юрьев имел две шхуны и одну яхту 22.

За период с 1874 по 1915 годы ходили в Норвегию по торговым делам на своих судах:

Мезенские мещане: Мелентий Николаевич, Алексей, Иван, Петр Мелентьевичи Фокины; Петр и Алексей Федоровичи Сопочкины, Иван Семёнович Филатов, Дмитрий Афанасьевич Куреньгин, Федор Иванович Кузиков, Михаил Дмитриевич Маслов, Василий Антонович Коткин, Василий Козьмич Кострушин. Всего 12 человек.

Крестьяне Койденской волости: Степан Васильевич, Алексей Ефимович, Иоокинф Степанович, Алексей Иванович, Иван Иванович, Еким Алексеевич, Федор Васильевич, Иван Ефимович, Алексей Васильевич, Леонтий Васильевич, Александр Григорьевич, Ефим Степанович, Иван Федорович, Александр Васильевич, Алексей Иоокинфович , Иван Алексеевич, Алексей Григорьевич, Иван Антонович, Андрей Степанович, Григорий Ефимович, Василий Алексеевич, Андрей Антонович Малыгины; Василий Семенович, Григорий Семёнович, Алексей Тимофеевич, Николай Семёнович, Андрей Васильевич, Ефим Лукич, Герасим Семёнович, Василий Васильевич, Иван Васильевич – старший, Иван Васильевич – младший Юрьевы; Андрей Петрович, Василий Ильич, Василий Андреевич Кулаковы, Аким Васильевич Пономарев, Иван Петрович Голубин. Всего 37 человек.

Крестьяне Долгощельской волости: Павел Степанович и Прокопий Иванович Медведевы, Максим и Дмитрий Андреевичи Нечаевы, Николай Федорович Селиверстов, Козьма Фомич Увакин, Дмитрий Егорович Широкий, Александр Степанович Буторин. Всего 8 человек

Крестьянин Дорогорской волости Михаил Максимович Паюсов.

В тот же период ходили шкиперами в Норвегию по торговым делам на судах мезенских судовладельцев:

Мезенские мещане: Яков Фокин, Петр Дорофеев, Яков Тихонов.

Крестьяне Койденской волости: Евлампий Акинфович, Михаил, Николай, Алексей Ивановичи Малыгины; Николай Алексеевич, Василий, Николай, Григорий Васильевичи Юрьевы; Семён Меркушев. Всего 9 человек.

Крестьянин Долгощельской волости Николай Медведев 23.

Мезенский мещанин Владимир Александрович Видякин, работая приказчиком у мезенского купца Шевкуненко, по поручению своего хозяина бывал в Норвегии по торговым делам. В Мезенском краеведческом музее имеется его фотография, сделанная в Норвегии в Вардэ в 1914 году. Здесь же хранятся сданные его родственниками в музей симфонион-музыкальный ящик и барометр, которые их предок привез из Норвегии.

Плавание в Норвегию было сопряжено с большим риском. Суда поморов нередко попадали в шторм, терпели аварии и гибли.

16 сентября 1902 года шхуна «Св. Николай», принадлежавшая Алексею Фёдоровичу Сопочкину, шедшая из Норвегии в Мезень с грузом соленой рыбы, была застигнута в море сильным штормом, во время которого судно набросило на банку у острова Большой Олений и разбило.. Судно и груз погиб ли. Экипаж спасся. Ущерб составил 1641 рубль 24.

9 сентября 1904 года шхуна «Св. Николай», принадлежавшая крестьянину Койденской волости Василию Васильевичу Малыгину, на пути в Норвегию во время сильного шторма потерпела крушение между становищами Териберкой и Гавриловым. Судно и груз погибли, экипаж спасся. Ущерб составил 1939 рублей 25.

10 сентября 1906 года яхта «Св. Николай», принадлежавшая мезенской мещанке Любови Ивановне Сопочкиной, идя в Норвегию из Мезени с грузом сена и дров, во время шторма потерпела крушение в открытом море в 25 верстах от Святоносского маяка. Судно и груз погибли. О судьбе экипажа сведений нет. Ущерб составил 2496 рублей 26.

13 сентября 1907 года шхуна «Св. Николай», принадлежавшая крестьянину Койденской волости Александру Васильевичу Малыгину, идя из Норвегии в Архангельск с грузом, во время сильного шторма потерпела крушение близ Пулонги. Судно с грузом погибло, экипаж спасся. Ущерб составил 2580 рублей 27.



В конце XIX – начале XX веков меновая торговля русских поморов с норвежцами заметно сократилась, а во второй половине второго десятилетия XX века совершено прекратилась. С развитием пароходства улучшилось сообщение Севера Норвегии с южными портами и портам Балтики. Норвегия стала получать хлеб с балтийских портов, и спрос на русский хлеб упал. Развитие лесопильного производства на юге Норвегии свело на нет спрос на завоз леса из Архангельского Поморья. Ввоз других товаров в Норвегию из Поморья был вытеснен ввозом их туда из других стран.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Государственный архив Архангельской области (далее ГААО). Ф.10. Оп. 1. Д. 310. Л. 42; Шрадер (Алимова) Т.А. С торгом в Норвегу // Следопыт Севера, Историко-краеведческий сборник. Архангельск, 1986. С. 199.

2 Жилинский А.А. Крайний Север Европейской России. Архангельск, 1919. С.155.

3 ГААО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 282. Л. 6 об., 79-80.

4 Там же. Ф. 1. Оп. 8. Т. 2. Д. 561. Л. 13.

5 Шевкуненко Н. Мезень // Всемирный путешественник. 1873, сентябрь. С. 343-344.

6 ГААО. Ф. 6. Оп. 1. Д. 123. Л. 1; там же. Ф. 1. Оп. 8. Т. 2. Д. 561. Л. 13.

7 Там же. Ф. 6. Оп. 6. Д. 123. Л. 1.

8 Там же.

9 Там же. Ф.6. Оп. 6. Д. 50. Л. 25, 27.

10 Там же. Л. 27.

11 Там же. Ф. 21. Оп. 1. Д. 368. Л. 4-6.

12 Там же. Ф. 6. Оп. 6. Д. 50. Л. 26 об.

13 Там же. Ф. 6. Оп. 6. Д. 123. Л. 1.

14 Там же. Ф. 1. Оп. 5. Д. 1018. Л. 56.

15 Ушаков И. Ф., Дощинский С. Н. Кола. Мурманск, 1983. С. 69.

16 Пешкова С. Особенности национальной любви – 2 // Правда Севера. 2000. 18 марта.

17 ГААО. Ф. 212. Оп. 1. Д. 368. Л. 3-6.

18 Немирович-Данченко В.Н. Страна холода. СПб. – М., 1877. С. 112.

19 Егорова Л. Сага о Сольфесте и Евдокии // Правда Севера. 1989. 13 июля; Доморощенов С. Вот такое кино. Комментарии к делам, найденным в Архангельском госархиве // Правда Севера.ю 1991. 10 сентября.

20 ГААО. Ф. 4. Оп. 12. Т. 1. Д. 934. Л. 6-7; Попов Г.П. Губернаторы Русского Севера. Архангельск, 2001. С. 201.

21 ГААО. Ф. 6. Оп. 11. Д. 76. Л. 3 об.- 7.

22 Отчет по взаимному страхованию поморских судов населения Архангельской губернии за 1910 год. Архангельск, 1911. С. 110-112.

23 ГААО. Ф. 211. Оп. 1. Д. 301. Л. 5-6, 10-12, 20; там же. Д. 368. Л. 4-6, там же. Л. 93-95, 191-102, 107-108.

24 Отчет по взаимному страхованию поморских судов населения Архангельской губернии за 1902 год. Архангельск, 1903. С. 29.

25 Отчет по взаимному страхованию судов населения Архангельской губернии за 1904 год. Архангельск, 1905. Приложение. С.5.

26 Отчет по взаимному страхованию поморских судов населения Архангельской губернии за 1906 год. Архангельск. 1907. Приложение. С. 5.

27 Отчет по взаимному страхованию поморских судов населения Архангельской губернии за 1907 год. Архангельск, 1908. С. 8.

Действительный член Русского географического общества, краевед



Н. Окладников