Исследовательская работа по теме: «Репрессии в судьбах моих односельчан». - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Научно-исследовательская работа по теме «Кубанские товары только... 1 404.95kb.
Научно-исследовательская работа по экономике по теме: «Великие финансовые... 1 380.99kb.
Исследовательская работа «Семипалатинский полигон и здоровье моих... 1 204.87kb.
Осинцева Татьяна Сергеевна Консультант: директор Першинского краеведческого... 1 204kb.
Репрессии в Кигинском районе 1 172.42kb.
Исследовательская работа по теме: «Золотая пропорция» 1 185.88kb.
Исследовательская работа по теме «Регалии царской власти» 1 81.18kb.
Исследовательская работа Работа выполнена 2 273.32kb.
Настоящая работа посвящается памяти моих родителей Елене Ивановне... 2 386.44kb.
Семинар по теме "Организация методической работы в школе по теме " 1 197.13kb.
И. И. Горбунов-посадов. О моих учителях и товарищах по работе 2 668.19kb.
Несколько лет назад в руки попал документ под названием «Обязательные... 1 106.12kb.
Урок литературы «Война глазами детей» 1 78.68kb.
Исследовательская работа по теме: «Репрессии в судьбах моих односельчан». - страница №1/1

Муниципальное общеобразовательное учреждение

«Березовская средняя общеобразовательная школа № 5».


Научно – исследовательская работа по теме:

«Репрессии в судьбах

моих односельчан».

Выполнила ученица 10 класса

Хомич Нина

Руководитель: Прис Евгения Анатольевна

2011 год


Оглавление:
1. Введение (цель, задачи, актуальность, методы исследования)…………….3

2. Основное содержание ………………………………………………………...4

2.1Вступление. Репрессии в СССР. Репрессии в Красноярском крае…………4

2.2 Репрессии в судьбах семьи ШмальВ. М. (Суббач М.А., А.Е)…………….8

2.2 Репрессии в судьбах семьи Вербицких…………………………………….11

2.3 Репрессии в судьбах семьи Дербеко И. И. (Киндсфатер)…………………16

2.4 Репрессии в судьбах семьи Лазарько А.А.( Егель Я.Х.и Егель А. Я)…..18

2.5 Репрессии в судьбах семьи Миллер В. А…………………………………20

2.6 Репрессии в судьбах семьи Шмаль В. Ф…………………………………22

2.7 Репрессии в судьбе Мужевой Л.М.,Доржиевой Нины Автаевны……….23

2.8 Репрессии в судьбе Дроздовской О. С., Брилинской С. П……………...24

2.9 Репрессии в судьбах Горчак М. К. и Степановской(Горчак)В.П………27

2.10 Репрессии в судьбе Васьковой Людмилы Корнеевны…………………29

2.11 Списки репрессированных…………………………………………………30

3. Заключение. Выводы. Значимость работы…………………………………..31

4. Список литературы ……………………………………………………………35

5. Приложения…………………………………………………………………….36

Введение
История – это память народа, дающая знание того, что было.

А было разное. Было то, чем по праву гордимся, бережно храним, поклоняемся, было и то, о чем предпочитаем молчать.

Актуальность работы:

История России полна подлинного величия. Мы гордимся боевой и трудовой славой, научными и культурными достижениями наших предков, которые отдали России свои силы, таланты, мужество. История нашего края, района, села неотделима от истории нашей страны. Все, что происходило в России, всегда сказывалось и отзывалось на нашей малой Родине. Мы гордимся земляками, ветеранами Великой Отечественной войны и тружениками тыла. О них в музее нашей школе собран большой фактический материал. Но есть в нашей истории и трагические следы, связанные с периодом репрессий 30-50-х годов XX века. Коснулись они и жителей моего села и их близких родственников, многие из которых были принесены в жертву истории.

Долгое время эта тема была закрытой. О ней старались не говорить, не вспоминать, не обсуждать. И только в конце 80-х - начале 90-х годов XX века стали открываться неизвестные страницы прошлого. Изучая историю возникновения нашего села, я узнала, что многие жители являются переселенцами из европейской части России. Они оказались в нашем крае в результате политики репрессий, которую проводило наше государство в 30-50-е годы прошлого столетия. Но информация об этих людях носила отрывочный неполный характер.

Цель: изучить историю жизни людей, подвергшихся политическим репрессиям, их судьбы на примере своих односельчан, сохранить память о жертвах политических репрессий.

Задачи:


  1. Изучить литературу, документы, о событиях 20-50-х годов XX века, связанные с историей политических репрессий.

  2. Выяснить, кто из односельчан и их родственников были репрессированы в 30-50-х годах XX века.

  3. Встретиться, расспросить односельчан-репрессированных или их родственников о событиях тех лет. Собрать информацию и записать воспоминания.

  4. Систематизировать информацию из различных источников.

  5. Составить списки репрессированных.

  6. Изложить собранный материал в исследовательской работе.

  7. Представить работу перед учащимися школы и жителями поселка, вызвать у людей сочувствие и понимание к судьбам репрессированных.

8. Опубликовать материалы исследования в районной газете.

9. Организовать проведение 30 октября в поселке Березовский День памяти жертв политических репрессий.



Методы исследования: поисковый, метод анализа и обобщения, описательный метод, метод опроса, метод обработки данных.

Вступление.

Репрессии - одна из самых трагических страниц летописи истории нашей страны и края. Голод, страдания, лишения пришлось пережить миллионам гражданам России. События того времени, коснувшиеся многих семей, сохранились в памяти на всю жизнь. Система репрессий не щадила никого: ни детей, ни взрослых, ни безграмотных, ни руководителей, ни представителей и самой этой системы. Тяжкий труд с малолетства на «спецпоселениях» подорвал здоровье детей, лишил их детства на обжитых местах, возможности получить достойное образование и работу. Напрасные подозрения и недоверие окружающих сопровождали их на протяжении всей жизни. Но многие люди не зачерствели душой, сохранили в памяти и передали потомкам истории своих жизней.

Многие годы период репрессий в СССР замалчивался. До сих пор нет точного числа репрессированных, расстрелянных. Официально считается: 4 миллиона человек репрессировано и 800 тысяч расстреляно, причем политическая элита составляла среди них 5 % , остальные - крестьяне, рабочие, интеллигенция.

Термин "репрессии" включает широкий объем различных форм подавления людей.

Репрессии (лат. repressio - подавление) - карательная мера, наказание. Репрессивный - карательный, имеющий целью подавить, пресечь что-либо.



Репрессии - это карательные меры, применяемые государственными органами. Существуют разные формы репрессий: принудительный труд, административное наказание, депортация.

В конце 20-х годов ХХ века тяжкий стон прошел по деревням России - началось раскулачивание крестьянства и последующее за ним выселение с обжитых мест. Массовый характер выселение крестьянских семей приняло после принятия Постановления ЦИК и СНК СССР от 01.02.1930 г. "О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». Всего за 1930–1933 гг., по разным оценкам, вынуждены были покинуть родные деревни от 3 до 4,5 миллионов человек. Часть из них были арестованы и приговорены к расстрелу или к заключению в лагерь. 1 миллион 800 тысяч стали «спецпоселенцами» в необжитых районах Европейского Севера, Урала, Сибири и Казахстана. Остальных лишили имущества и расселили в пределах своих же областей. Кроме того, множество крестьян бежали из деревень в большие города и на индустриальные стройки, спасаясь от репрессий, коллективизации и массового голода, ставшего последствием сталинской аграрной политики и унесшего, по разным оценкам, жизни от 6 до 9 миллионов человек.

Поводом для развертывания массовых репрессий в стране стало убийство 1 декабря 1934 года в Ленинграде члена Политбюро ЦК ВКПБ (б), первого секретаря Ленинградского губкома ВКП (б) С.М.Кирова.

Печальная страница в истории целых народов, когда около миллиона человек, были депортированы с мест традиционного проживания (Поволжья, Кавказа, Украины) в отдаленные районы Сибири, Средней Азии и Казахстана. Одних выселяли превентивно, как потенциальных пособников врага. Это были- корейцы, немцы, греки, венгры, румыны. Других обвиняли в сотрудничестве с немцами во время оккупации: крымских татары, калмыков, народы Кавказа. Наиболее масштабными эти административные депортации были во время войны, в 1941–1945 годах.

Депортация -( лат.deportatio)-изгнание, ссылка.

Репрессии в Красноярском крае

«Сибирь… есть тюрьма колоссальная», написал в XIX века первый губернатор Енисейской губернии А.П. Степанов. И до 1917 года наш край был известен в Российской империи как место политической ссылки. Но самая тяжелая слава связана с XX веком. Когда в конце 20- начале 30-х годов стал раскручиваться маховик репрессий, часть преследовавшихся, приговоренных к ссылке стали направляться в Сибирь, в том числе и на территорию Красноярского края. А сколько крестьян увезли «из Сибири в Сибирь» во время коллективизации! Потянулись обозы, составы телячьих вагонов, баржи, увозя сибирское крестьянство в места таежные, где их ждал холод, голод и тяжелый труд. Кроме своих раскулаченных, на берега Енисея прибывали крестьянские этапы из многих регионов страны.

В 30-50-е годы в Красноярский край было сослано 500 000 «спецпоселенцев», которым пришлось жить в неимоверно трудных условиях. Среди них были: поволжские и украинские немцы, понтийские греки, литовцы, латыши и эстонцы, украинцы и белорусы, финны и поляки, черкесы и калмыки. Их расселяли по всей территории Красноярского края. Сосланных размещали на Ангаре, Подкаменной Тунгуске, по берегам Енисея, все дальше и дальше на север. Трудоспособные были мобилизованы в трудармию, где положение людей было особенно тяжелым. По статистическим данным, собранным В.Н.Земсковым, Красноярский край по общему количеству ссыльных занимал 3-е место в Советском Союзе, а по числу ссыльных – повторников – первое.

Когда с середины 50-х годов ситуация в стране начала меняться и ссыльные получили возможность вернутся на родину, многие из них остались в Красноярском крае. Сейчас судьбы этих людей неотделимы от истории Красноярья.

История Березовского района неотделима от истории Красноярского края. Поселок Березовский (нижний поселок) возник в начале 30-х годов XX века. Здесь возникает детская колония, где находились подростки, нарушившие закон и сосланные за различные преступления. Самыми первыми жителями были сами колонисты и те люди, кто обслуживал колонию. Основу верхнего поселка (он возник в середине 40-х годов) составили ссыльные с западных районов страны. Именно они стали первыми работниками подсобного хозяйства, которое обслуживало колонию.

В ходе исследования темы: «Репрессии в судьбах моих односельчан», были изучены различные материалы: документы, фотографии, мемуары, воспоминания репрессированных и их близких родственников. Я даже не могла представить себе всех масштабов репрессий. Встречаясь со многими людьми, мы видели, сколько боли, переживаний, страданий в душе каждого из них. Это они были вырваны из привычной жизни, испытали голод и холод, разлуку с родственниками. У многих из них практически не сохранились фотографии, письма и все те привычные мелочи обычной жизни, которые хранят память семьи. Только воспоминания и ярлыки «дочь или сын врага народа», который преследовал их долгие годы. С каким чувством глубокого уважения и памяти говорили они об ушедших уже из жизни людях.

История и моей семьи тоже была связана с репрессиями. Работая над темой, я больше узнала об этих событиях, о том, как оказались в Сибири мои далекие предки (прапрадедушка, прапрабабушка и прадедушка).

В результате исследования мною были выделены несколько групп репрессированных из числа моих односельчан и их близких родственников.


1группа

2группа

3группа

4группа

Политические обвинения (антисоветская агитация, саботаж) 30-50-е г.г.

Раскулачивание

30- х г.г.



Депортация в годы Великой Отеч. войны.

Ссыльные с западных р-онов СССР к.-.40 г.г.

Судьбы моих односельчан, представленные в работе, очень разные. Но есть то, что объединяет их всех. Это - репрессии.




Суббач

Михаил Адольфович,

Суббач Адольф Ефимович,

отец и дед Шмаль Веры Михайловны.



О горькой судьбе близких в годы репрессий, мы узнали во время встречи с семьей Шмаль. Шмаль Вера Михайловна, ее мама (Суббач Мария Степановна) и муж Вольдемар Фридрихович поведали нам о том, какие испытания пришлось пережить членам их семьи. Они рассказывали с болью и горечью о пережитом, трепетно храня в памяти факты биографии близких им людей, о которых раньше предпочитали не говорить. История семьи уходит в события столетней давности, когда предки Суббач Марии Степановны переехали в Сибирь в начале девятисотых годов прошлого века, в ходе Столыпинской аграрной реформы вместе с родителями. Отец был из Тамбовской губернии, мама - с Белоруссии. Во время Первой мировой войны, отец Марии Степановны, Степан Карлович, попал в немецкий плен, был сначала в Австрии, затем в Германии. Пленных держали за колючей проволокой в болотах, кормили впроголодь. У Степана сильно опухли ноги от сырости. Выручил земляк, Карецкий Николай, который поднял Степана, вынес на солнышко, потом каким-то чудом срезал у охранника рюкзак с едой и спас его от голодной смерти. После двух тяжелых недель в болотах, Степана вместе с другими пленными угнали в Германию в работники, где он прожил три долгих года, постоянно думая о возращении домой. После окончание войны, в 1918 году попал под обмен военнопленными. Возвращаясь в Россию в теплушке, в товарном вагоне дед заболел тифом, все вещи, которые вез, пропали. Вернулся домой Степан раздетым, но живым, хотя не совсем здоровым. В 1920 году женился на Анастасии Егоровне, вдове-солдатке, муж которой погиб на Германской войне. Мария Степановна ведет свой рассказ дальше: «В конце 20-х начале 30-х годов отец чудом избежал ареста. Он был в списках подозреваемых, сказав какое-то неосторожное слово, и на него написали донос. Его вызвали в сельсовет и там, в числе тех, кто прибыл в село его забирать, оказался тот человек, Иван Карецкий, который уже спас его однажды в плену. Сказал, что в письме (доносе) было имя Стефан, а к нему привели Коробкина Степана. Отца отпустили, он уехал в тайгу на лошади и пробыл там некоторое время. Его оставили в покое и больше за ним не приезжали». На Отечественную войну отца не взяли по случаю болезни. У него были слабые легкие, мучил сильный кашель, поэтому все военные годы он проработал на железной дороге путевым обходчиком». У Марии Степановны, в 1932 году раскулачили братьев ее отца. Их семьи выслали в Тюменскую область, на болотистое, голое место. Братья Суббач Марии Степановны, в годы войны воевали на фронте, один погиб на Дальнем Востоке, двое - пропали без вести. Георгий прошел всю войну, участвовал во взятии Берлина.

Дед Веры Михайловны, по линии отца, Адольф Ефимович жил в 30-е годы в деревни Мирославка, Тюхтетского района, под Боготолом. Семья была большая, состояла из десяти человек, родители, четыре сына и четыре дочери. Построили дом на две половины, где жили братья с семьями. Адольф Ефимович был активистом, являлся и председателем колхоза, и председателем сельского совета, был на съезде РСДРП (б), слушал речь Ленина. В 1937 году два брата, Адольф и Петр были арестованы. Забрали их ночью, сначала отвезли в контору, а потом – в неизвестном направление. Братья бесследно исчезли. Семья Суббач была выселена из своего дома, поселили их в сараюшке. Мать с детьми, самый младший был ещё грудной, осталась одна. Жизнь без мужа была очень трудной, голодовали, собирали на поле замерзшую картошку, зимой были одни валенки на всех, которые носили по очереди. Но Ядвига Людвиговна, вырастила всех детей, всех воспитала, дала образование. Все тяготы легли на старшую дочь Анну, дети помогали и вытягивали друг друга как могли. В колхозе жить было трудно, их считали семьей врага народа, поэтому они вынуждены были уехать в Алтайский край. Вера Михайловна рассказывает дальше: «Михаил Адольфович (мой папка) не любил рассказывать о том времени, слишком незаживающая и глубокая была рана. Он больше всех пострадал за своего отца. Как сына врага народа, его не мобилизовали в действующую армию, а отправили в трудармию. Его забрали летом, до февраля он работал на станции Базаиха, где сначала под открытым небом наспех устанавливались станки заводов, эвакуированных с Урала и ставших под угрозу фашистского захвата, а они должны были бесперебойно снабжать фронт снарядами и тяжелой техникой. В жгучие февральские морозы Михаилу дали три дня на то, чтобы смог съездить домой за теплой одеждой, которой у рабочих не было. Но за то, что отец опоздал по увольнительной на 4 часа (а время было военное, транспорт работал плохо, большую часть дороги прошлось идти пешком), его осудили по статье «Контрреволюционный саботаж» на восемь лет лагерей. Отбывать срок отправили в Норильск. Сложно было понять молодому двадцатилетнему парню, за что посадили его отца, за что пришлось долгие восемь лет жить на далеком холодном Севере. Многие годы семья Суббач пыталась найти хоть какие-то сведения о своем муже, отце, деде, Шмаль Адольфе Ефимовиче. Во время нашей беседы, зашла речь о Книге памяти жертв политических репрессий в Красноярском крае. В ней опубликованы имена тех, кто был незаконно осужден и впоследствии реабилитирован. Прошло несколько дней после нашей встречи, и Вера Михайловна, в Книге памяти нашла имя своего деда, о котором, больше семидесяти лет, ничего не было известно. Она узнала о его судьбе. Сухие строки гласили «Суббач Адольф Ефимович. Род. в 1883 г в Виленской губ. Поляк. Работал в колхозе в Тюхтетском р -не КК.Арестован 22.03.1938.Обвинен в КРО, АСА. Приговорен 16.05.1938 Комиссией НКВД и прокурором СССР к ВМН. Расстрелян 24.06.1938 в г. Ачинске. Реабилитирован 28.03 1958 ВТ СибВО».

Нашла Вера Михайловна и имя своего отца, который был в списках жертв политических репрессий и тоже был реабилитирован. Так наша встреча помогла семье Шмаль Веры Михайловны узнать о судьбе тех людей, о которых многие годы не удавалось найти никаких сведений.





Вербицкий Вербицкий

Матвей Иванович Иван Степанович

О судьбе репрессированного в 30-е годы Вербицкого Матвея Ивановича и его семьи, мы узнали из беседы с Ольгой Матвеевной Вербицкой, дочерью Матвея Ивановича. Все члены большой дружной семьи Вербицких бережно хранят и передают из поколения в поколение трагическую истории жизни их семьи, связанную с раскулачиванием 30-х годов XX века. Ольга Матвеевна познакомила нас с мемуарами своего отца, которые произвели на нас огромное впечатление. « Теперь об этом можно рассказать». (Воспоминания несостоявшегося крестьянина), так назвал свои мемуары Матвей Иванович. Долгое время о событиях тех далеких 30-х годов не рассказывали, на эту тему был наложен запрет. Лишь десятилетия спустя, дети Матвея Ивановича, уже, будучи в зрелом возрасте узнали, какие испытания, сколько лишений, трудностей пришлось пережить их отцу, дедушке и бабушке в 30-е годы прошлого столетия.

Предки Матвея Ивановича, переселились в Сибирь в ходе Столыпинской аграрной реформы. В 1907 году семья Вербицких в количестве семи человек, родители с четырьмя сыновьями и невесткой, отправились в далекие неизвестные края. На Черниговщине, безземельные крестьяне были задавлены беспросветной нуждой и, прослышав, что в далекой Сибири много свободной незанятой земли, решили переселиться в далекий Сибирский край, в Енисейскую губернию. Все богатство семьи составляли мозолистые руки и жгучее желание работать на своей земле. Работали от зари до зари, а земля- матушка одаривала землепашцев отменным урожаем. Хозяйство Вербицкого Степана крепло, благодаря исключительному трудолюбию каждого члена многочисленной семьи. Когда началась Первая Мировая война, старшего сына Ивана Вербицкого, отца Матвея Ивановича, мобилизовали в русскую армию. В 1915 году он попал в плен, и несколько лет работал на сельскохозяйственной ферме в Германии. Пять долгих лет прожил Иван в немецком плену, и только весной 1920 года, в числе тысяч российских военнопленных, Иван возвратился в далекую Сибирь, ставшему ему второй Родиной.

Началась новая полоса жизни Вербицкого Ивана с семьей после возвращения из германского плена. Шло третье десятилетие двадцатого столетия. Семья трудилась от зари до зари, с течением времени один за другим на свет появились четыре наследника, одним из которых был Матвей Вербицкий. Родители были примером неустанного, упорного до самозабвения крестьянского труда для своих детей. Пока подрастали четыре парня Вербицких, в хозяйстве трудились сами супруги и три их дочери. Пашня Вербицкого Ивана ежегодно вознаграждала его семью отменным урожаем, год от года крепло, что обеспечивала безбедную жизнь семьи из девяти душ.

Но на дворе был 1930 год. В деревне Татьяновка, стали конфисковывать имущество, забирать скот у крестьян, а их самих арестовывать. Появились завистники и у « богатства» Ивана Вербицкого. «Ишь, ты, из голодранцев пастухов вышел, воспользовался свободой владения землей, вздумал ишачить, вставая ни свет, ни заря, сам с жинкой да тремя работящими дочерьми, а там глядишь и хлопцы, а их четыре, скоро подрастут, начнут помогать! Как нам глядеть на все это? Нет, шалишь, Иван, мы тебе ходу не дадим!»

В один из первых дней апреля постучали и в ставень окна дома Вербицкого Ивана, вызвали хозяина в сельсовет. Комиссия постановила: за не выполнение твердого плана по хлебозаготовкам, выслать Вербицкого Ивана в отдаленные края сроком на пять лет, с конфискацией имущества и лишением права голоса. В ночь взяли Ивана в сельсовете под стражу и под конвоем отправили из деревни Татьяновка, сначала в Канск, а затем в Красноярск, в пересыльную тюрьму. С открытием навигации, вместе с другими раскулаченными отправили Ивана на Север по этапу, к месту ссылки в Соврудник, Северо-Енисейского района. Не ведали, ни хозяин, ни его многочисленная семья с хозяйкой о том, что «долгие, неимоверно трудные два года не встретится им за длинным, дощатым обеденным столом, не повечерять, не услышать дружный перестук деревянных ложек многочисленной крестьянской семьи. Не увидеть мужу милых глаз родной и любимой, заботливой и любящей жены Христины, доброй и отзывчивой, не знающей покоя матери. Долгие два года Христина не увидит любимого, своего дорогого Ивана, надежду и опору ее и семьи, дети своего дорогого отца». Так состоялась раскулачивание (раскрестьянивание) большой семьи. А ведь помыслы хозяина и хозяйки были - вечно работать на земле и передать свое умение и старание хозяйствовать на ней своим подрастающим сыновьям.

На другой день после ареста Ивана в его дом явилась комиссия из нескольких человек, чтобы описать и конфисковать имущество, наживавшееся неустанным трудом, не один десяток лет. После того как из дома были вывезенные все продукты, забран весь скот, приступили к разрушению дома, разобрали сначала крышу, затем сам сруб. Семья оказалась без крова. Хозяйка дома с семью ребятишками была вынуждена перебраться на соседнюю улицу, в пустующую халупу, ветхий дом с одной комнатой. В нем предстояло прожить долгий год в тревоге, доходившей до отчаяния, в неведении о судьбе Ивана, в страхе за грозившее семье голодное существование.

Трудно пришлось Христине, матери Матвея Ивановича. Всеми правдами и неправдами, добывала она хлеб насущный для своих детей, перебивалась, как могла. Дочь Надежда помогала матери, сама, добывая кусок хлеба, для голодующих малолетних ребятишек. С трудом семья пережила голодную и холодную зиму 1930-1931 гг, питаясь как попало и чем попало. Время от времени приходилось просить милостыню. В начале зимы получила Христина весточку от своего мужа, который сообщал, что находится на поселении в поселке Северо-Енисейск (Соврудник), где ему предстояло отбывать пятилетнюю ссылку. Он писал, чтобы она добиралась с семьей к нему. И в начале июня 1931 года решилась Христина со своими пятью детьми отправиться в далекий, неизвестный путь к своему любимому мужу.

С большими трудностями семья добралась на барже до Енисейска, где ей предстояло прожить голодное лето. Питались, как придется, « варили суп из лебеды, лишь бы набить животы». Доведенная до отчаяния голодом, крайней нуждой, невозможностью прокормиться с пятерыми детьми в голодном городе, мать решила отправить двух старших детей подпасками с незнакомыми мужчинами гнать скот по тайге пешком, на расстоянии около 300 км, в Северо-Енисейск, к отцу. На 21 день состоялась долгожданная встреча детей с отцом Иваном Степановичем Вербицким. А в холодном, голодном Енисейске остались мать и жена и трое братьев, сыновей, среди которых был и Матвей. Христина работала разнорабочей, получая мизерную заработную плату, которой не хватало даже на хлеб. И опять приходилось просить милостыню, чтобы от голода не умерли дети. Матвей Иванович пишет: « Подобного голода, пережитого в Енисейске, нам не приходилось испытывать нигде, ни в тридцатые годы на Совруднике, ни в военные сороковые».

Семья жила в ожидании приезда отца, который в редких письмах сообщал, что с установлением зимней дороги приедет с конным обозом и заберет семью. Тянулись долгие дни ожидания. И вот, наконец, наступил долгожданный день, когда Христина, в очередной раз, зайдя на постоялый двор, увидела своего дорогого мужа Ивана. « И стояли они, плакали прилюдно, высокий мужчина средних лет, с большими руками труженика, в недавнем прошлом крестьянина, а теперь рабочего и невысокая худая, измученная голодом и тяжкими страданиями и страхом за своих детей женщина». Так спустя два года встретились супруги Вербицкие Иван Степанович и Христина Ивановна. После воссоединения, началась новая полоса жизни в семье Вербицких, в поселке Соврудник. После окончания срока ссылки, в конце лета 1935 года, Вербицкий Иван Степанович в деревню Татьяновка не вернулся, а переехал с семьей на прииск Старониколаевский. Там его назначили на должность старосты конного двора, жена устроилась сторожем в магазине, сыновья стали учиться в школе. Жизнь стала входить в колею, но еще долгие годы душа все тосковала и тосковала по земле и недоумевала: « За что? За что?" » Ответа не было… А жизнь продолжалась.

Но трудности в жизни для Матвея Ивановича на этом не закончились. На прииске Старониколаевский, где стала жить семья Вербицких, не было школы, в другое место добираться было далеко, и поэтому Матвей Иванович был вынужден жить в интернате. Там было очень холодно, и он заболел гриппом. Заболевание вызвало осложнение на суставы, были невыносимые боли, от которых подросток кричал криком. Затем осложнение на позвоночник. С четырнадцати лет Матвей на всю жизнь остался инвалидом.

Долго еще пыталась семья Вербицких найти свое место в жизни. От земли насильно отлучили, вытравили тягу к земле, но боль и тоска по земле остались навсегда. Семья переехала в Киргизию, где Матвей Иванович встретил свою будущую жену, Лидию Спиридоновну. Именно она возила мужа в Новосибирск, где ему дважды делали сложнейшие операции на суставы, после которых Матвей Иванович заново учился ходить, передвигаясь по комнате с «табуреточкой», затем на костылях и с палочкой. Через всю жизнь пронесли эти два удивительных человека свою любовь, уважение, душевную теплоту и заботу, воспитали трех замечательных дочерей и пятерых внуков.




Киндсфатер

Иван Каспарович Амалия Генриховна

(дедушка) (бабушка)

Дербеко Ирмы Ивановны.

Бережно хранит документы о своих близких родственниках, пострадавших в годы репрессий, семья Дербеко (Киндсфатер) Ирмы Ивановны. Вот строки из записки сестры Ирмы Ивановны Екатерины « Ира, эти документы пусть остаются у тебя, на будущее… они сохранены и собраны годами по крупицам…»

Мы читали сухие строки документов, и перед нами вырисовывалась зловещая картина событий, происходивших более 70 лет назад. Киндсфатер Иван Каспарович, 1895 года рождения и Киндсфатер Амалия Генриховна, 1886 года рождения были арестованы 5 февраля 1938 года и 6 марта 1938 года соответственно. Иван Каспарович работал кузнецом, а Амалия Генриховна – рядовой колхозницей. 14 февраля 1938 года постановлением тройки НКВД АССР Н.П. Киндсфатер И.К. и Киндсфатер А.Г. были приговорены к расстрелу по обвинению в клевете и антисоветской агитации, систематической и религиозной пропаганде, распространении слухов о плохом материальном положении трудящихся в СССР. Постановление, в отношении Киндсфатер Ивана Каспаровича приведено в исполнение 18 февраля 1938 года, в отношении Киндсфатер А.Г. 24 февраля 1938 года в городе Энгельсе Саратовской области. Места захоронения неизвестны, т.к. по существовавшим в годы репрессии правилам места захоронения расстеленных не фиксировались и местонахождение их не обнаружено.

В конце 80-х, изучение уголовного дела показало, что Киндсфатер И.К. и Киндсфатер А.Г. подпадают под действие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989года. «

О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в годы 30-40-х начале 50-х гг. полностью реабилитированы. Имена своих репрессированных бабушки и дедушки были найдены родственниками в Книге памяти по Саратовской области.. После ареста родителей об их судьбе ничего не было известно. В семье осталось 5 детей. Все они тоже подверглись репрессиям. В августе 1941 года вместе с другими немцами Поволжья они были высланы в районы Красноярского края в Казачинский район (среди них был и отец Ирины Ивановны, Иван Иванович).

Только в январе 1956 года он был освобожден от «спецпоселения», на основании Указа ПВС СССР от 13 декабря 1955 года. Из письма Ивана Ивановича мы узнали о том, с какими трудностями столкнулась семья Киндсфатер, прибыв в Красноярский край. Их погрузили на баржу, отправив вниз по Енисею, до Галанино. Всех сначала распределили по д.Захаровку. Зимой забрали в трудармию брата, а остальных увезли на север, в Туруханский район. До 1956 года жили под комендатурой. Из письма Ивана Ивановича: « В Сибирь отправили с голыми руками. Люди тонули, замерзали, над ними издевались. Я был на холодном Севере, в Туруханске, где суровый климат, нам не разрешали ехать в другую деревню. Заставляли осенью, по морозу землянки копать». До 1925 года рождения не имели права на Север отправлять. «У меня не было свидетельства о рождении. И мне написали шпаргалку, как будто я с 1924 года и направили на север. Такие молодые, глупые дети были».


Егель Егель

Яков Христианович Александр Яковлевич (прапрадедушка) (мой прадедушка)

О том, что члены моей семьи были репрессированы, я узнала от своей бабушки Лазарько Александры Александровны, 1956 года рождения. Она рассказала мне о том, что ее отец, Егель Александр Яковлевич 1933 года рождения (мой прадедушка) вместе со своими родителями Егель Яковом Христиановичем и Егель Анной- Марией Андреевной были высланы с семью малолетними детьми в сентябре 1941 года из Саратовской области в Красноярский край. Мой прадедушка жил некоторое время в поселке Березовский, сейчас он живет в Иланском районе. Мы связались с ним по телефону, и он рассказал свою историю.

Моему прадедушке было всего 9 лет, но он помнит о том, что у его семьи забрали все вещи, разрешили взять только самое необходимое. Каждый житель брал самое ценное, самое дорогое для него. Вещи кто мог, нёс сам, а в семьях, где не было мужчин - помогали солдаты-носильщики. Кроме самых необходимых вещей, было приказано взять продукты на несколько дней. Никто не знал, что будет дальше, и неизвестность многих пугала, но дети этого не понимали. Взрослые старались держать их возле себя, чтобы не потерять никого в толпе. Потом погрузили всех в товарный поезд и в течение двух недель доставили на станцию Иланская. Во время пути из вагонов никого не выпускали, лишь на остановках взрослые ходили за кипятком.

Семью определили в село Кирилловка, предоставили небольшой дом, где и расположилась семья моего прадедушки. Жители небольшой деревни не проявляли враждебности к переселенцам, а старались всячески им помочь. Нужно было ежедневно ходить и отмечаться в комендатуру. В январе 1942 года моего прапрадедушку забрали в трудармию, на лесозаготовки вместе с двумя старшими братьями. Мой прадедушка вспоминает, что его мама осталась с пятью маленькими детьми. Питались очень плохо, семья голодовала и чтобы выжить, продали одежду, которую привезли с собой. Сахара не было, его заменяли свёкла и солодка. Из–за наступивших холодов печь приходилось топить кизяками, которые собирали в округе. Мама с утра до вечера была на работе, младшие братья и сестры были дома одни, а я учился в школе. Сложное было время, много пришлось преодолеть, но все дети выжили, от голода не умер никто. В конце войны из трудармии вернулся глава семьи. В 1953 году семья моего прадедушки переехала в Решоты. Указом ПВС от 13 декабря 1955 года Егель Александр Яковлевич 1933 года рождения освобожден от спецпоселения 15 февраля 1956 года (справка прилагается).


Миллер

Владимир Александрович

Судьба одного из самых уважаемых людей в нашем селе, Миллер Владимира Александровича, 1933 года рождения, уроженца города Энгельса, Саратовской области, очень похожа на судьбу многих российских немцев Поволжья, репрессированных в годы Великой Отечественной Войны. Владимир Александрович согласился с нами встретиться и рассказал свою историю.

Отец Владимира Александровича и дед были бухгалтерами, а мать – домохозяйкой. Все владели русским языком. В семье было пятеро детей, последняя сестра родилась по пути в Сибирь в товарном вагоне в сентябре 1941 года. Когда 28 августа 1941 года был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР, по которому все немцы – жители Поволжья выселялись из республики в отдаленные районы Сибири, Казахстана. Все было сделано очень быстро, оперативно, переселенцам разрешили взять самые необходимые вещи. Когда семья прибыла в Красноярский край, местом жительства был определен Дзержинский район. Дед Владимира Александровича, Теодор Егорович 1887 года рождения, был служителем в церкви. Его забрали в 1937 году и расстреляли на третий день. Отец, Александр Христианович, до войны был арестован по 58 статье и отбывал наказание три года. Родственники считали, что обвинение ему было предъявлено несправедливо, мать писала жалобы во все инстанции и в связи с визитом в страну немецкого министра, много безвинно сидящих людей в 1940 году было выпущено на свободу. В 1941 году отца забрали в трудармию на крайний Север, а в 1943 году снова обвинили по 58 статье и дали срок десять лет, отправив отбывать срок за полярным кругом. Там под охраной НКВД они валили лес, добывали руду. Мама растила детей одна с дедом и бабушкой. Через некоторое время их вместе с другими семьями отправили на север, в Туруханский район. Высадили переселенцев в небольшой поселок Баиха, но для вновь прибывших людей свободных домов не было, и на пустом обрывистом берегу десятилетний Володя, рубил березы, вместе с дедом строил землянки. Обустраивались, кто как мог. Когда наступила зима, из-за простудных заболеваний многие умерли. Вскоре деда забрали в Подкаменную Тунгуску, где замерз караван с продуктами. Так как дед был бухгалтером, там потребовались его знания. С течением времени, благодаря деду семья переселилась в Туруханск. Мама работала на засолке рыбы, дед – бухгалтером в леспромхозе. Он стал часто болеть и по состоянию здоровья получил право выезда в Минусинск. В 1945 году семья переехала в Минусинск. В 1949 году умирает дед, мама осталась с детьми и бабушкой. Она работала санитаркой в районной больнице, денег не хватало.

Владимир Александрович, закончив семь классов, пошел учиться в ветеринарный техникум. Своего отца, сына и мужа, Александра Христиановича ,семья так и не дождалась. Он умер в Воркуте в 1953 году. В 1956 году отца реабилитировали. И все последующие годы семья Миллер Владимира Александровича помнила, сколько трудностей пришлось пережить, преодолеть, не сломиться. Свое будущее Владимир Александрович хотел связать со школой, стать учителем, но денег для учебы не было, поэтому, закончив, ветеринарный техникум, он пошел работать. Затем были дальнейшее обучение и работа на различных должностях.

С 1967 года по 1977 год работал директором Нагорновского совхоза, Ачинского района. В 1977 году Владимир Александрович был назначен директором краевого треста «Скотопром», затем получил назначение заместителя руководителя крупного объединения « Крайсельхозхимия». Также работал директором сельхозинститута, генеральным директором объединения «Сельхозтехника» в поселке Большая Мурта. В 1986 году был назначен директором ООО « Маганское» КРАЗа. Напряженный труд подкосил здоровье Владимира Александровича, поэтому он вынужден был уйти на пенсию. Но с выходом на заслуженный отдых его активная жизнь не закончилась. В 2000 году по просьбе немцев, проживающих в поселке, Миллер В.А. организовал и возглавил работу филиала Краевой Национально-Культурной анатомии российских немцев в Березовском районе. Под его руководством был оборудован и оснащен немецкий центр в ДК « Энтузиаст». За многолетнюю плодотворную работу в деле развития немецкой культуры, языка и традиций, его работа была отмечена благодарственными письмами и грамотами председателем Комитета администрации Красноярского рая по делам национальностей и религий и общественных объединений Денисовым М.Г.. Имеет правительственные награды. Награжден многочисленными почетными грамотами и дипломами. Ветеран труда.
Шмаль

Вольдемар Фридрихович

Шмаль Фридрих Фридрихович (отец)

Шотт Анна Александровна (мама)

Корни семьи Шмаль Вольдемара Фридриховича уходят в далекое прошлое, к середине 18 века, когда было образовано немецкое поселение на Волге. Люди села жили в достатке, большими семьями, сохраняя немецкие традиции. Занимались сельским хозяйством, тщательно делая все своими руками. Когда началась война, в августе 1941 года все жители села были сосланы в Сибирь. Все было сделано оперативно, взять было можно только то, что смогли унести. В вагонах – теплушках они были доставлены в Красноярский край. Отца сразу забрали в трудармию. Работал он на лесоповале, катали бревна, испытывая холод и голод. В семье с мамой осталось двое детей, Эрна (5 лет) и Гильза (3 месяца). На барже, которая везла их по Енисею, много людей умерло, а уцелевших высадили в селе Потапово, под Дудинкой. « Мама, когда начинала вспоминать то время, всегда плакала и не могла говорить»,- вспоминает Вольдемар Фридрихович. « Чтобы не умереть с голоду, вещи, которые успели взять с собой, меняли на еду у местных жителей, которые неприветливо, с холодком относились к высланным немцам. Дело было зимой, жить было негде, вырыли землянку, где с двумя детьми и жила моя мама. Было очень холодно, поэтому мама грела детей, тесно прижавших к ним, передавая тепло своего тела своим дочерям». Когда закончилась война, вернулся из трудармии отец Фридрих Фридрихович. Через некоторое время семье разрешили переехать в другое место и деревня Минжуль стало новым местом, где обосновалась семья Шмаль.



Доржиева Нина Автаевна,

мать Мужевой Лидии Манкаевны.

Мужева Лидия Манкаевна рассказала нам о том, что ее мама, Доржиева Нина Автаевна (калмычка по национальности) в возрасте 22 лет в 1943 году была выслана из Волгоградской области в Сибирь вместе со своим 60-летним отцом и малолетнем братом. Нина рано осталась без матери, накануне войны вышла замуж, а в первые месяцы войны ее мужа забрали на фронт. Мама вспоминала, говорит Лидия Манкаевна, что до Красноярска ехали в общем вагоне, потом привезли их в деревню Ярлыковку, которая находилась недалеко от нашего поселка. Вскоре отец заболел и умер от тифа. Все заботы о младшем брате легли на ее плечи. Работала в лесу на валке леса, и там Нине Автаевне придавило пальцы на руках. На всю жизнь она осталась инвалидом, с култышками вместо пальцев. ЕЕ мужа контузило на войне, и в 1944 году он был демобилизован. Несколько лет Доржиев Манкай Гараевич писал письма, делал запросы в разные места, разыскивая свою жену. Только в 1949 году ему пришло известие о том, что его жена, Нина Автаевна, находиться в Красноярском крае. После приезда мужа семья перебралась в деревню Жестык, где долгое время жила в бараках. В 1956 году после того, как вышел указ о реабилитации, многие калмыки уехали обратно. Но семья Доржиевых решила остаться в Красноярском крае. У них уже было несколько детей, жили бедно, на родине их никто не ждал. В 1948 году Нина Автаевна была награждена медалью « За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны». Воспитала шесть детей. Вспоминая о своей маме, Лидия Манкаевна говорила о том, что маму она очень жалела, потому что ей много пришлось пережить в жизни. Собираясь с семьей, родственники говорили о том, что им, калмыкам, было очень сложно прижиться в Сибири. Они, жители степей, были вырваны из своей среды. Калмыков в Сибири не так много и поэтому трудно было сохранять и передавать традиции своего народа детям и внукам.



Дроздовская Ольга Степановна,

Брилинская Софья Петровна (мама)

Дроздовская Ольга Степановна. 1941 года рождения. Я узнала о том, что жительница нашего поселка Дроздовская Ольга Степановна в возрасте шести лет была репрессирована вместе со своей мамой Брилинской Софьей Петровной 1920 года рождения, братом и сестрой в 1947 году. Мы встретились с еюе дочерью Дроздовской Надеждой Петровной 1972 года рождения, которая рассказала нам историю своей семьи.

В этой семье хранят память о событиях, которые произошли более пятидесяти лет назад. Мы познакомились со статьей, которую написала сестра Дроздовской Ольги Степановны Вера 1942 года рождения и поместила ее в газете « Сосновоборская газета» за 27 ноября 2008 года. Из статьи мы узнали следующее: Брилинская Софья Петровна (мама Дроздовской Ольги Степановны) была незаконно репрессирована и выслана вместе с малолетними детьми из Тернопольской области Украины в Сибирь. Ей было тогда 27 лет, а детям Оле-6 лет, Вере-5 лет, сыну Жене-1 год. Муж Софьи Петровны, Степан, воевал в частях УПА в годы Великой Отечественной войны за «самойстийну Украину» и пропал без вести. Семья жила вместе с родителями мужа. Было большое хозяйство: коровы, лошади, плуг, косилка. Держали пасеку, были куры, свиньи, гуси. В двадцатых числах октября 1947 года пришли работники НКВД и велели маме собираться. Сказали: « Бери детей, документы, все самое необходимое».Через несколько часов их погрузили на подводы, привезли на станцию Тересино и вместе с другими земляками погрузили в грязные товарные вагоны и отправили в Сибирь. Вера Степановна вспоминает, что в вагонах были грубо сколоченные нары, стояла металлическая печь, а наверху находились два небольших оконца с решетками. «Так и везли нас целый месяц, в грязи, холоде, голоде. Даже воды не было в достатке, и мы собирали сосульки, снег, растаивали их на печке, чтобы не умереть от жажды. Под потолком тускло горел фонарь.

В ноябре семью привезли в Красноярск, высадили на станции Маганская. Стояли крики, шум, гам, народу было очень много. Была очень холодная зима, много снега, лютый холод пронизывал до костей. На дворе было темно, наступала ночь. Мама повела детей в станционное помещение, чтобы они могли там хоть немного согреться. Когда пришли и стали выкладывать свои вещи, то поняли, что часть пожиток оставили на другой железнодорожной станции, а когда их поезд все же привез, то оказалось, что много вещей испорчено и сломано, некоторых вещей не досчитались совсем. Семья осталась без ничего - без посуды, без продуктов. Как же трудно было маме, имея на руках трех малышей. Затем семью увезли на санях в леспромхоз Верх-Базайский. Вместе с другими семьями поселили в огромный барак – сарай, в котором стояла одна металлическая печь и на ней по очереди готовили еду. Собирали очистки от картошки и пекли их на печки. Дети всегда были голодные. Вокруг барака лежал глубокий снег, а по ночам слышался вой волков. Было очень страшно. Мама работала в лесу на лесозаготовках, дети оставались дома одни. В редкие выходные дни мама уходила в село Шало, выменивала оставшиеся вещи на картошку. Дети Оля и Вера были совсем маленькими, ничего не понимали, а дети постарше выманивали у них картошку за какие-нибудь безделушки. Мама плакала, переживала, но дочерей не наказывала. Они и без того были горько наказаны судьбой. Однажды, маме предложили отдать Олю на воспитание в другую семью. Там был больший достаток. Оленька, как услышала это, обняла маму, заплакала и сказала, что лучше будет, есть одну шелуху от картошки, только бы ее не отдавали.

Мама постоянно ездила в комендатуру отмечаться в Маганск. Потом ей разрешили переехать в деревню Свищево, что находилось недалеко от Маганска. Там нас сначала поселили в церковь, а затем мы договорились с какой – то бабушкой и переехали жить к ней. Мама трудилась на нескольких работах - ночной няней, стирала в прачечной, ухаживала за конями, доила корову, возила воду в бочке. В 1951 году маме разрешили переехать в Маганск, предложив работу в интернате. Дали комнату и мы стали жить одни. Маму в поселки очень любили, уважали за доброе сердце, за трудолюбие. Дочери Оля и Вера учились в Маганской школе хорошо, занимались в кружке художественной самодеятельности.

5 марта 1953 года объявили о смерти Сталина. В 1954 году к нам приехал дядя (брат отца). Его освободили из лагеря на Колыме, полностью реабилитировали. К тому времени у него умерла жена, и они с мамой решили пожениться. Семья переехала в Маганское подсобное хозяйство. Дядя (дети стали называть его отцом) работал объездчиком, мама работала телятницей. Жить стало немного легче, но счастье длилось недолго. Вскоре отца нашли без чувств, в лесу. У него случился обширный инфаркт, и через пять дней он умер в больнице. На руках у мамы была маленькая дочка, родившаяся от второго брака.

Больше мама замуж никогда не вышла, всю жизнь, посвятив своим детям. В 1956 году мама была реабилитирована, и ей разрешили вернуться назад, на Украину, но родственники написали о том, что дом со всеми постройками сломан, хозяйство разорено. И было решено остаться жить здесь, в Красноярском крае. Теперь эта наша Родина, хотя Украина часто сниться во сне и тревожит душу».

Ольга Степановна несколько лет прожила на Украине, заканчивала там среднюю школу. Галина Васильевна Магдалина вспоминает, что когда Ольга Степановна приехала на Украину, ей было очень трудно учиться, так как она не знала родного языка, много лет прожив в Сибири. Так за год, Ольга так выучила украинский язык , что сдала экзамены лучше местных учеников. В 2000 году Брилинская Софья Петровна ушла из жизни, совсем недавно не стало и Дроздовской Ольги Степановны, но светлая память о них живет в сердцах детей и внуков.


Горчак Степановская (Горчак)

Меланья Кирилловна Вера Павловна
В начале пятидесятых годов оказалась в нашем поселке семья Горчак. Члены семьи в составе шести человек, были выселены в административном порядке из села Новая Мощаница, Здолбуновского района, Ровенской области Украины. Семья Горчак была определена на «спецпоселение» в Красноярский край, с конфискацией имущества. Причиной для выселения было то, что Горчак Василий являлся участником УПА.В 1944 году во время войсковой операции он был убит. О событиях 60-летней давности мы узнали из беседы со Степановской (Горчак) Верой Павловной, с сыном Горчак Меланьи Кирилловны, Иваном, высланным вместе с родителями в годовалом возрасте, и из видеоматериалов, в которых Горчак Меланья Кирилловна, несколько лет рассказывала историю своей жизни. В 1950 семья: родители, отец и мать, двое детей, невестка с сыном, в товарном вагоне под замком, вместе с другими семьями были доставлены в Красноярский край. Времени на сборы не было, так как забрали семью ночью, с собой разрешили взять только самые необходимые вещи. Сначала определили местом жительства Шушенский район, где прожили два года, затем Ермаковский. «При переезде, на речке образовался затор, все наши вещи упали в воду и утонули, только ящик с моими вещами остался, он хотя и был весь промокший, но целый. На пароме увезли в деревню, там мы пробыли 2 недели, потом увезли в Минусинск, двое суток пробыли там. Потом приехали покупатели и забрали нас в Красноярск» ,рассказывала Меланья Кирилловна. Иван Горчак вспоминает: «Отца, как инвалида на север не забрали, семью привезли в Красноярск, высадили на станции Енисей, под открытое небо. Дело было зимой, ночевало между бревнами. Новым местом жительства определили в 1952 году поселок Березовский. Жилья не было, поэтому расселили семьи в бывшем свинарнике по клеткам, по 2-3 семьи в каждой. Из воспоминаний Меланьи Кирилловны: «Поселили нас в свинарнике. В одной комнате, жили восемь семей. Там было грязно, были клопы, тараканы. На все восемь семей были две плитки. Кто раньше встал, тот и варит. Колодцев не было, воду, брали и носили из ручья. Утром встанешь, плитки заняты, возьмешь две конфетки, кусочек хлеба и пойдешь на работу, а работали весь световой день». Когда наступила зима, все ручьи разошлись и с трудом добирались до Красноярска. Женщины делали все. Сначала работала в теплице, давали помощницу. Было очень трудно работать. В теплице выращивали лук, огурцы. Работала даже окучником, сидела верхом на коне. Потом работала дояркой. Доили руками, нужно было сделать план».

Степановская Вера Павловна, вспоминая эти годы, рассказывала о том, что многие работы приходилось делать вручную. Косили, распахивали огороды, трудились по 16-17 часов без выходных, расценки были очень низкие, по 70 копеек в день. Одну зиму пришлось зимовать в землянке, которую вырыли сами, своей семьей. После реабилитации, в 1957 году, Вера Павловна уехала на Украину, но после смерти мужа вернулась обратно, так как здесь остались все ее родные. Приходилось начинать жизнь заново, второй раз вышла замуж, купили дом. Работала звеньевой, выращивали овощи. В 1966 году Вера Павловна ездила в Москву, на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку, имеет медаль участницы.





Васькова Людмила Корнеевна

У истоков нашей школы стояла старейшая учительница Васькова Людмила Корнеевна. Она родилась 15 сентября 1916 года. В наш поселок приехала в 1947 году. Ее судьба тоже была связана с репрессиями. Людмиле Корнеевне сейчас 95 лет, в силу своего возраста она не смогла встретиться с нами. Мы связались по телефону с ее дочерью, и она рассказала нам о том, что ее маму вместе с родителями выслали с Украины в 1930 году. «Повезли нас на товарном поезде до Иркутска. Потом оттуда в Канск, а отца в Ирбейский район поселок Теса, где он работал на лесозаготовках. Везде были ссыльные. В начале войны приехала к сестре в поселок Березовский. НКВД хотели открыть детскую колонию для беспризорных. Чтобы её открыть, надо было набрать людей по специальности. Взяли меня, вот так я и оказалась в поселке», - вспоминала Людмила Корнеевна.



Подлесоцкая Валентина Иосифовна рассказала о том, что родители ее мужа, Подлесоцкого иАлександра Романовича были сосланы в Красноярский край, в Ирбейский район, в деревню Саламатка, в результате политики раскулачивания из Хмельницкой области. Сам Александр Романович родился уже в Сибири в 1937 году. После войны его семья переехала в поселок Березовский.

В семье Магдалиной Галины Васильевны был раскулачен и расстрелян в конце 20-х годов ее прадед из Орловской области, а дед Кондратов Андрей Иванович был выслан в Сибирь вместе с тремя своими братьями. По линии мужа, Магдалина Юрия Юрьевича, был репрессирован его дед, Магдалин Лука Илларионович. Он был священником в деревне Подсиняя Канского района. Забрали его в 1937 году, и долгие годы о нем ничего семья не знала. Жена осталась одна с пятерыми детьми.

В процессе работы над темой удалось составить списки односельчан и их близких родственников. Конечно, этот список далеко не полный. Дополнить его, узнать новые имена предстоит в будущем.
Списки репрессированных односельчан и их близких родственников.


  1. Беккер Екатерина Фридриховна

  2. Беккер Эммануил Миронович

  3. Васькова Людмила Корнеевна

  4. Вербицкий Матвей Иванович

  5. Вербицкий Иван Степанович

  6. Брилинская Софья Петровна(мама Дроздовской О.С.)

  7. Гаммершмидт Виктор Яковлевич

  8. Гилитес Яна Станиславовна

  9. Голумбович Елена Борисовна

  10. Горчак Иван Афанасьевич

  11. Горчак Меланья Кирилловна

  12. Демушек Соломония Карповна

  13. Доржиева Нина Автаевна

  14. Дроздовская Ольга Степановна

  15. Егель Александр Яковлевич (отец Лазарько А.А.)

  16. Егель Анна-Мария Андреевна (бабушка Лазарько А.А.)

  17. Егель Яков Христианович

  18. Кочеринская Надежда

  19. Кениг Мария Андриасовна(мама Ревенко Л.Е.)

  20. Киндсфатер Амалия Генриховна

  21. Киндсфатер Иван Иванович

  22. Киндсфатер Иван Каспарович

  23. Кондратов Андрей Иванович (прадед Магдалиной Г.В)

  24. Конради Теодор Егорович(дед Миллер В.А.)

  25. Лауман Эрна Андреевна

  26. Магдалин Лука Илларионович (дед Магдалина Ю.Ю.)

  27. Майер Александр Витальевич

  28. Миллер Владимир Александрович

  29. Миллер Христиан Яковлевич

  30. Митрофанова (Демушек) Антонина Даниловна

  31. Мужева Лидия Манкаевна

  32. подлесоцкий Александр Романович

  33. Ревенко Людмила Евгеньевна

  34. Риккер Альма Ивановна

  35. Риккер Густав Христианович

  36. Смирнова Тамара Ивановна

  37. Степановская Вера Павловна

  38. Степановский Александр Александрович

  39. Суббач Адольф Ефимович

  40. Суббач Михаил Адольфович

  41. Шмаль Вольдемар Фридрихович

  42. Шмаль Фридрих Фридрихович

  43. Шотт Анна Александровна

Заключение:

Государство признало свою вину в отношении репрессированных. В 1991 году был принят закон "О реабилитации жертв политических репрессий". Как и по всей стране, большинство репрессий в Красноярском крае были необоснованными и к 2010 году 500 тысяч человек были реабилитированы. В средствах массовой информации стали появляться статьи, публиковаться воспоминания очевидцев о периоде репрессий. Стали оформляться справки о реабилитации, выплачиваться компенсации за пребывание в лагерях и за незаконно изъятое имущество. В каждом районе образованы комиссии по восстановлению прав реабилитированных, которые помогают пострадавшим восстановить их честное имя. Также образуются и действуют общественные организации, которые помогают пострадавшим. Самая значимая из них "Мемориал", которая первая в нашем Красноярском крае стала составлять банк данных о пострадавших.

Но до сих пор миллионы людей не знают, где зарыты их родители, деды и прадеды. Они хотят найти хоть какие-то сведения о судьбах родственников. Очень важно знать имена жертв, важно «всех поименно назвать». Задача эта и сегодня далека от исполнения.

В разных регионах бывшего Советского Союза готовят и издают Книги памяти жертв политических репрессий. Основное содержание этих книг – краткие биографические справки о расстрелянных, отправленных в лагеря, насильственно депортированных в трудпоселения, мобилизованных в трудармии. Эти справки нужны сотням тысячам людей и в нашей стране, и в других странах мира, где живут наши соотечественники. Это нужно для того, чтобы сохранить память о жертвах и помочь людям восстановить историю их семей. Общество «Мемориал» в 1998 г. приступило к созданию единой базы данных, сводя вместе информацию из региональных Книг памяти.

На основе системы, разработанной обществом, составлена «Книга памяти жертв политических репрессий Красноярского края». Серия книг призвана восстановить историческую справедливость по отношению к людям, необоснованно подвергнутым политическим репрессиям. Ведь сильнее физических мучений для них и для членов их семей были несправедливые обвинения.

30 октября - День памяти жертв политических репрессий. В этот день в стране проходят памятные мероприятия, собрания и митинги, в которых принимают участие политики и общественные деятели, правозащитники, бывшие политзаключенные, молодежь, родные и близкие тех, кто подвергся репрессиям. Эта памятная дата установлена не государством, а самими узниками политических лагерей. День памяти жертв политических репрессий в России впервые был отмечен в 1991 году в память о голодовке узников лагерей в Мордовии, начавшейся 30 октября 1974 года. Официально этот день был установлен постановлением Президиума Верховного Совета РСФСР от 18 октября 1991 года "Об установлении Дня памяти жертв политических репрессий".

В Красноярском крае во многих местах установлены памятники жертвам политических репрессий. Есть такие памятники в Красноярске, во многих районных центрах. У нас такого памятника нет, хотя на территории Березовского района проживали и проживают сотни людей, чья жизнь была напрямую связана с периодом репрессий. Мы должны помнить о тех людях, кто невинно пострадал. Моя исследовательская работа, это вклад в восстановление справедливости и напоминание людям о страшных и трагических днях истории, а также дань памяти невинно пострадавших.

Забвение своих предков, нежелание узнать о них, прочувствовать их судьбу может иметь грустные последствия не только для каждой конкретной семьи. А история страны складывается из маленьких историй семей. Мы изучаем историю, чтобы не повторять её ошибок. Но мы обязаны знать и разбирать беспристрастно свое прошлое. Человек споткнувшись, всегда оглядывается, чтобы узнать причину своего падения и избежать её повтора. «Чтоб начать жизнь в настоящем, надо искупить наше прошлое», - говорил писатель Антон Чехов. А искупить можно достоверностью и памятью.



В итоге работы над темой я пришла к следующим выводам:

1.В стране были значительные масштабы репрессий.

2.Судьба многих моих односельчан и их родственников связана с политическими репрессиями, которые оказали значительное влияние на жизнь этих людей.

3. Вместе с родителями пострадали и дети, которые, наравне со взрослыми, переносили голод и холод, невзгоды и тяжелый труд.

4.История и моей семьи была связана с репрессиями.

5.Жители поселка хранят память о тех людях, которые пострадали в годы репрессий.

Значимость своей работы я вижу в том, что

- лучше узнала историю своей семьи,

- благодаря моей работе, люди нашли ответы на вопросы, долго мучавшие их о судьбе своих близких,

- моя работа подвигла людей еще больше узнать о судьбе своих близких в годы репрессий,

- материалы работы можно использовать как ресурс школьного музея на уроках истории, тематических вечерах и классных часах.

Литература

1.Большой энциклопедический толковый словарь.

2.Вербицкий Матвей Иванович. Мемуары. « Теперь об этом можно рассказать».

3. Закон РФ от 18 октября 1991 года. «О реабилитации жертв политических репрессий».

3. Газета « Сосновоборская газета» №46 от 27 ноября 2008 года «Воспоминание о маме».

4. Газета « Пригород» №44 от 31 октября 2008 года « Память и скорбь».

5. Газета « Пригород» №37 от 8 марта 2002 года « Дом, согретый любовью».

6 .А.А. Данилов, Л.Г.Косулина. История России ХХ - начало ХХ века.

Москва « Просвещение» 2005 год.

7.. Книга памяти жертв политических репрессий Красноярского края. Книжное издательство «Издательские проекты» Красноярск. 2004

8. А.А. Левандовский, Ю.А. Щетинов, История России ХХ - начало ХХ века. Москва « Просвещение» 2004 года.

9. Советский энциклопедический словарь, под редакцией А.А. Прохорова. Москва « Советская энциклопедия» 1988 год.

10. Интернет ресурсы.



Приложения