Е. В. Шелестюк Этапы и макролингвистические средства воздействия на структуры сознания в текстах практической психологии - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Шелестюк Е. В. Способы речевого воздействия 1 150.21kb.
Шелестюк Е. В. К вопросу содержания понятия «речевое воздействие»... 1 113.22kb.
Методические рекомендации по формам учета деятельности и отчетности... 5 664.63kb.
На всероссийском съезде практических психологов образования принят... 1 76.46kb.
Зарождение психологии как науки. Основные этапы развития психологии. 1 330.49kb.
Тема: Психология как наука. Основоположники науки. Значение психологии... 3 806.75kb.
Исследование на тему: «Особенности экономического сознания и отношения... 1 84.75kb.
Этапы проведения эксперимента 1 15.93kb.
Реферат по дисциплине 1 259.73kb.
С точки зрения философского метода наука во-первых, есть результат... 3 1281.58kb.
Программа минимум кандидатского экзамена по специальности 19. 1 444.89kb.
1. Общая характеристика образовательного учреждения 1 115.61kb.
Урок литературы «Война глазами детей» 1 78.68kb.
Е. В. Шелестюк Этапы и макролингвистические средства воздействия на структуры сознания - страница №1/1

Шелестюк Е. В. Этапы и макролингвистические средства воздействия на структуры сознания в текстах практической психологии // Вестник Челябинского государственного университета (Серия «Филология. Искусствоведение»). Выпуск 14. № 13 (91), 2007. - С. 142-154.

Аннотация


В статье предлагается семиотико-психологический подход к анализу воздействия объемных текстов, предполагающий рассмотрение поэтапной реализации авторских интенций и соответствующего воздействия на те или иные психические структуры читателей. Анализ носит макролингвистичесий характер и основан на положениях лингвистики текста. Материалом исследования служат тексты практической психологии.

The article offers a semiopsychological approach to the analysis of persuasiveness of voluminous texts, which suggests considering stage-by-stage realization of the author’s intentions and the corresponding impact on various psychic structures of the readers. The analysis is macrolinguistic, with text linguistics being its basis. The materials for consideration are texts on practical (experimental) psychology and psychotherapy.


Е. В. Шелестюк

Этапы и макролингвистические средства воздействия на структуры сознания в текстах практической психологии


В ракурсах адресанта речевое воздействие можно исследовать лишь феноменологически, то есть в виде его интенциональных состояний и смысловых структур, передающих эти состояния. По мнению Т. Н. Ушаковой [2000], способность выражать свои интенциональные состояния, а также заботиться о том, чтобы другие узнавали эти ментальные состояния, образует основу языкового процесса. Любой текст отражает авторские интенциональные состояния, и интроспективный анализ текста на предмет интенций позволяет выявить то речевое воздействие, которое было запланировано.

«Интенциональные состояния», постулируемые Ушаковой, по существу, являются смысловыми структурами адресанта (его установками, мотивами, личностными смыслами, смысловыми диспозициями, смысловыми конструктами, потребностями, личностными ценностями, убеждениями), преломляющимися сквозь призму его прагматических намерений. Каждая из этих смысловых структур призвана так или иначе трансформировать смысловые структуры адресата, то есть оказывать речевое воздействие.

Мы считаем, что при изучении речевого воздействия в ракурсе адресанта коммуникации оптимальным будет описание его смысловых структур именно сквозь призму его прагматических намерений, то есть как интенциональные состояния, призванные видоизменить, или трансформировать, структуры адресата. Существенно, что в объемных воздейственных текстах речь может идти о целой группе интенциональных состояний, связанных с трансформациями смысловых структур адресата, которые организованы поэтапно. Описание этих этапов и будет составлять задачу исследователя речевого воздействия.

В психолингвистике, социолингвистике и психологии в настоящее время не так много наработок относительно этапов реализации интенциональных состояний. Теория поэтапной реализации речевого воздействия намечена Е. Ф. Тарасовым [1990], этапы суггестивного воздействия рассматриваются основателями НЛП [Гриндер Дж., Бендлер Р. 1994], социосемиотический анализ текста как проявления коммуникативного взаимодействия автора и читателя разработан Т. М. Дридзе (например, [Дридзе Т. М. 2000]).

Согласно концепции Е. Ф. Тарасова, речевое воздействие, будучи процессом, предполагает ряд этапов (стадий), которые соответствуют «коммуникативным задачам организации общения»: этапы адаптации, «разведки» и запечатления, индукции необходимого психического состояния адресата, организации текста, формирования установок и мотивов, организации совместной деятельности и контроля. Такая организация воздействия в большей степени свойственна устному общению, которое допускает осуществление двух последних этапов. В случае нашего материала – текстов жанра популярной психологии два последних этапа, естественно, отсутствуют. Важно также, что в текстах этапы воздействия часто проявляются нелинейно, происходит «склейка» функций в одном коммуникативном блоке и «склейка» коммуникативных блоков по функциям.

Представители психологической школы нейролингвистического программирования выделяют в настоящее время принятую многими психологами пошаговую структуру суггестивного воздействия, включающую в себя раппорт, присоединение и ведение. Ведение, в свою очередь, включает в себя такие шаги метаязыкового программирования, как обозначение проблемы, поиск креативного ресурса в психике человека для решения проблемы, расширение его модели мира с помощью этого ресурса и якорение вновь образованной позитивной связи.

По мнению Т. М. Дридзе, текст как коммуникативно-смысловая иерархическая единица является равнодействующей трех факторов, которые в некотором роде соответствуют основным этапам коммуникативной деятельности автора. Этими этапами являются: 1) идентификация проблемной жизненной ситуации (стечения значимых для индивида жизненных обстоятельств, воспринимаемого им в виде «проблемного синдрома», требующего разрешения с помощью тех или иных средств); 2) интенция (мотив как внутреннее побуждение в сочетании с искомым результатом спонтанного или отрефлексированного проявления активности); 3) избрание лингвистических «технологий» (номинаций и способа их введения в информативную систему связей), ведущих к воплощению авторского коммуникативно-познавательного замысла [Дридзе Т. М. 2000: 127].

Проанализировав примеры реализации интенциональных состояний воздействующих субъектов (авторов текстов популярной психологии), мы выделили подготовительный и основной, «рефрейминговый» этапы трансформации смысловых структур адресатов, каждый из которых включает ряд процедур. Подготовительный этап включает в себя следующие процедуры: адаптации (привлечения и удержания внимания реципиента); презентации автора; презентации тематики и формирования установки на чтение; формирования осознанного мотива восприятия текста; описания проблемной ситуации сквозь призму личностных смыслов адресанта. Рефрейминговый этап воздействия включает в себя процедуры: изменения личностных смыслов и смысловых диспозиций адресата; рефрейминга смысловых конструктов (убеждений, ценностей и потребностей) адресата; мотивирования и программирования деятельности, имплицируемой содержанием текста; программирования психофизиологических процессов адресата.

Для адекватной интерпретации и понимания текста реципиент должен усвоить образы явлений (т.е. структуры сознания), которые отображены в тексте языковыми знаками. По мнению Е. Ф. Тарасова, побудить человека к произвольному восприятию речи, то есть заинтересовать его речевым сообщением с большой вероятностью можно только тогда, когда сообщение содержит сведения, относящиеся к его деятельности, а для этого адресант должен обладать достоверными представлениями о структурах сознания, порождаемых этой деятельностью [Тарасов Е. Ф. 1990: 13]. Изначальное сходство структур сознания у адресанта и адресата воздействия действительно является важной предпосылкой осуществления общения, адекватного задачам речевого воздействия. Однако решающее значение имеет нацеленность автора и читателя на диалог, поскольку текстовая деятельность есть универсальный диалогичный социально-психологический процесс, она зависит, но не определяется культурными и индивидуальными ментальными репрезентациями адресанта и адресата. Как отмечает Т. М. Дридзе, коммуникация есть «обмен интенциями порождающих и интерпретирующих взаимообращенные послания людей» [Дридзе Т. М. 2000: 123].

Говоря о структуре той «основной» части текста, которая соответствует этапу рефрейминга и регуляции деятельности адресата, следует сослаться на риторическую традицию, в свете которой элокуция – словесная реализация текста зависит от диспозиции - поиска порядка аргументов. Сочиняемая речь (потенциальный текст) делится диспозицией на шесть частей, называемых в риторике «части речи»: введение; предложение, или теорема; повествование; подтверждение; опровержение; заключение [Безменова Н. А. 1990]. Разумеется, в реальном тексте эти части воплощаются в более сложную риторическую структуру. Нашей целью не является изучение риторической структуры текстов популярной психологии как таковой, но в ракурсе реализации интенциональных состояний адресанта по отношению к адресату. Поскольку диспозиция адресанта определяется общими прагматическими целями текстов и конкретными интенциями авторов, мы будем рассматривать структуру текста той или иной книги в аспекте реализации этих целей и интенций.

Рассмотрим, как реализуется интенционально-смысловое развертывание текста.

Подготовительный этап:


  1. Процедура адаптации решает задачи привлечения непроизвольного внимания к речевому сообщению и источнику сообщения, удержания внимания, обеспечения раппорта и присоединения адресата. Объект-аттрактор должен быть ярким, отличаться от фона, причем средства привлечения внимания могут содержаться как в самом письменном тексте, так и исходить из источника за его пределами (например, обеспечиваться ярким реноме автора).

В текстах популярной психологии, как правило, раппорт обеспечивается звучными заголовками и интригующими вступлениями, пассажами, в которых присутствует яркая образность, зачастую успешно используется эффект обманутого ожидания. Ср. строки из вступлений, предисловий и начальных глав: Помните, как заговаривала кровь героиня повести А. Куприна «Олеся»: «Она крепко обхватила рукой мою руку повыше раны и, низко склонившись к ней лицом, стала быстро шептать что-то, обдавая мою кожу горячим прерывистым дыханием. Когда же Олеся выпрямилась и разжала свои пальцы, то на пораненном месте осталась только красная царапина». Интересно, что же шептала прекрасная колдунья? (Г. Сытин); Когда мне было 26 лет, я работал в пионерском лагере руководителем авиамодельного кружка. В пересменок я забрался в столярную мастерскую, чтобы на циркулярной пиле изготовить рейки. Брусок сорвался, и рука пролетела по визжащему диску. Дальше – замедленно: вижу – ниже ладони болтается что-то окровавленное, пальцы почти полностью отрезаны. Первые свои мысли тогда хорошо помню: «Отрезал. Что потерял? – Потерял гитару, пишущую машинку и каратэ. (Кстати, ошибся – потерял только гитару). С этими потерями – жить стоит? – Стоит». Подвел черту: «Значит, надо и дальше жить счастливо» (Н. Козлов 1997а). Перешвыривая прибрежные камушки, набегают волны. Медленно, словно оставляя за собой право еще подумать, отходит плавучий дом. Смотрите, прощайтесь… Еще различима поседевшая пристань и дорога с провожающими, они уже смотрят в другую сторону: букашечные ребятишки, собачонка, деревья… Виден ветер, один ветер… Отчаливающий корабль времени… (В. Леви (а)). При этом образность используется в качестве аттракторов не только в едином коммуникативном блоке текста, но и дистантно, в разных местах текста в виде ярких деталей, экспрессивных метафор, эпитетов и др.

Однако к подобным аттракторам прибегают далеко не все авторы, возможно, это своеобразная особенность отечественного жанра «рефлексивно-повествовательной» психологии. Ряд зарубежных и российских авторов (Р. Бендлер, Дж. Гриндер, Р. Дилтс, Н. Хилл; С. Лазарев, А. Свияш) избегает образных аттракторов. Тем не менее, нельзя сказать, что средства обеспечения раппорта и читательской эмпатии у них отсутствуют. Это могут быть привлекательность тематики, обещания, броские тезисы (Вы можете добиться успеха, чем бы вы ни занимались… Эти семнадцать принципов успеха – сущность деятельности и отношения к жизни тех, кто добился успеха (предисловие к книге «Ключи к успеху» Н. Хилла); иногда внушающее доверие наукообразие, шутливость (У тех наших читателей, кто хорошо знаком с идеями Разумного пути и пробует использовать их в своей жизни, в голове мог <…> образоваться сумбур из-за того, что мнения или версии разных авторов не совпадают между собой. Более того, они часто даже противоречат друг другу, так что не знаешь, кому верить… Ответ прост: не верьте никому… Ведь вы в некотором смысле разумный человек, почему же вы должны принимать что-то на веру? Важно при этом не поддаваться азарту и не решать, что вам нужны не просто возможности формировать нужные вам события в повседневной жизни, а некие сверхспособности, которые позволят вам достичь еще большего. Чего – непонятно, но чего-то хочется. Такие желания возникают нередко, и люди начинают искать сверхспособности в школах йоги, магии, экстрасенсорики, энергетики и пр. Результаты обычно бывают огорчительные…(введение к книге А. Свияша «Уроки судьбы в вопросах и ответах»).



  1. Процедура презентации автора решает задачу ориентирования собеседника в авторе сообщения. Происходит обозначение социальных отношений, в структуре которых адресант предполагает развернуть общение, ориентирование читателя в образе мира автора, его потребностно-мотивационной сфере, социальном статусе. Презентация предполагает выбор функционально-речевого стиля (нормативный язык, диалект, полудиалект, жаргон, специальная лексика и т. д.); выбор обращения, речевых этикетных форм и др. Здравствуйте! Меня зовут Николай Иванович, мне 33 года (в душе чувствую себя лет на 19), я психолог и муж (жена зовет меня Солнышко). У нас два сына – Ваня и Саша, погодки. Внешне очень похожи друг на друга, оба живые и энергичные, но Ваня жесткий, а Шурик - лапочка. Мне ближе Ваня, Аллочке – Саша. На работе – веду психологические группы, читаю лекции, консультирую. Дело свое люблю и без него жизнь представляю с трудом (Н. Козлов); Здравствуйте, уважаемые читатели. Я рад нашей новой встрече. Это несколько необычная книга, поскольку она является одним большим ответом на некоторые ваши вопросы, возникшие при прочтении предыдущих работ (А. Свияш); <…> среди этих редких исключений – кандидат психологических наук, доцент Г. Н. Сытин (Г. Сытин) и т. д.

  2. Презентация тематики служит непосредственно цели создания установки на восприятие последующего содержания. Поскольку формирование установки опирается на актуальные потребности, то, помимо собственно называния темы (тезиса), на этом этапе приводится аргумент-апелляция к удовлетворению тех или иных потребностей личности. Аргумент-апелляция к потребностям призван заинтересовать или подкрепить интерес читателя к основной теме сообщения, обеспечить его идентификацию с проблемами, обсуждаемыми в книге. При этом речевое воздействие должно строиться таким образом, чтобы содержать оптимальное число константных, ригидных, заранее прогнозируемых посылок, созвучных большинству уже имеющихся установок адресата. …Современные научные методы рядом со старинным заговором?! Г. Н. Сытину это соседство не кажется странным. Всем известно: слово может ранить, повергнуть в отчаяние, а то и вызвать настоящую болезнь, но оно способно и врачевать, залечивать душевные раны. Но может ли слово стать в подлинном смысле «лекарством» не только для души, но и для тела – «лекарством», не просто сравнимым с, увы, чрезвычайно привычными нам медикаментами, но и во многом превосходящим их? (Г. Сытин). Наши убеждения оказывают огромное влияние на наше поведение. Принято считать, что если человек по-настоящему верит, что он может что-либо совершить, то обязательно это совершит. Но если он убежден в невозможности этого, никаких сил недостаточно, чтобы убедить его в обратном (Р. Дилтс).

  3. Формирование мотива восприятия текста. Известно, что мотивы деятельности в большинстве случаев лежат за пределами собственно речи, и это положение в равной мере относится к мотивам восприятия текстов популярной психологии. Тем не менее, ряд авторов стремится превратить бессознательные установки читателя в мотивы, вывести их на уровень осознания, прибегая для этого к более обстоятельной аргументации. Такого рода мотивирование производится в том случае, если теоретическая система автора является специфичной, не соответствующей стереотипным установкам в отношении литературы по популярной психологии, и автор стремится сформировать у читателя более основательную мотивацию для чтения. Например, у Г. Сытина находим научное обоснование метода, положенного в основу его «настроев», описание применения методов в различных областях медицины; здесь также представлены примеры документально подтвержденных случаев исцеления с помощью этого метода. Мотивирование с помощью изложения теоретической концепции используется также Р. Дилтсом, Р. Бендлером, Дж. Гриндером.

С другой стороны, некоторые авторы не излагают систематической концепции, но находят другие средства мотивирования читателя. Например, авторский дискурс представителя «рефлексивно-поэтического» направления экзистенциальной психотерапии В. Леви зачастую носит характер поэтических картинок и художественных реминисценций, направленных на поддержание определенного эмоционального фона и эстетического впечатления. Мотивирование же чтения здесь обеспечивается, главным образом, самим повествованием – в форме переписки с читателями – и «вечными» экзистенциальными темами этой переписки. Механизм формирования мотива состоит в активизации резонанса жизненного опыта реципиента с описываемыми в тексте ситуациями. То есть, находя тематику писем актуальной (а она актуальна для многих людей), адресат осознанно продолжает чтение.

  1. Описание проблемной ситуации сквозь призму личностных смыслов адресанта. На этом этапе подробно излагается проблемная ситуация, причем передаются личностные смыслы адресанта, связанные с предметом обсуждения. Образ обсуждаемого (-ых) объекта (-ов) может быть оценочно маркирован и пристрастно искажен. Этот этап знаменует начало активного диалога личностных смыслов автора с личностными смыслами читателя. Происходит активизация таких процедур со стороны реципиента, как интроспекция, «вживание», проникновение в логику текста, «вчувствование в текст»; идентификация художественных образов и проблемной ситуации и «наложение» их на свой жизненно-эстетический опыт (по Ю.Б. Бореву, есть ассоциативный, адмиративный, симпатетический и катарсический типы идентификации [Борев 456-457]); «примеривание» героев произведения на свою личность, эмпатия, понимание других через себя, через свое «я»; актуализация недостающих для понимания текста сведений (фактов, исторических данных) и другие. Например, Допустим, что ребенок испытывает трудности во время экзамена. Учитель может сказать ему: «Ты совсем не виноват. Наверное, шум в классе или что-то еще отвлекало тебя во время сдачи экзамена». Другими словами, вся проблема во внешнем окружении и к тебе лично не имеет никакого отношения. Разумеется, что при такой постановке вопроса вклад самого ученика минимален. Фокусируясь на поведении, учитель может сказать: «Ты плохо себя проявил на этом экзамене». В этом случае ученик становится ответственным за результат процесса. Оперируя на уровне способностей, учитель может сказать: «Этот предмет дается тебе плохо, твои математические способности (способности к языку, литературе, истории и т.д.) недостаточно хорошо развиты». Это более широкое значение конкретного провала на экзамене... (Р. Дилтс).

Рефрейминговый этап:

  1. Изменение личностного смысла отдельных объектов и формирование смысловых диспозиций. Эта процедура предполагает точечное изменение отношения к объекту, факту действительности или изменение смысловой диспозиции – фиксированной установки по отношению к группе объектов, объединенных для человека единым личностным смыслом. Важно, что зачастую объект, сменивший оценку, влияет на оценки сопряженных с ним объектов. Например, Опасно, вредно идти к людям за «пониманием». Опасно и мечтать об этом. Нет, не потому, что его нельзя получить, понимание. Можно. Не у всех, не всегда, но можно, порой и с избытком, которого мы не заслуживаем. А потому, что при такой установке мы утрачиваем теплородность. Вас станут отогревать, а вы, израсходовав полученное, будете снова замерзать и снова искать тепла Понимания, поддержки, участия... Путь, в конце которого яма безвылазная – душевный паразитизм (В. Леви).

  2. Рефрейминг смысловых конструктов, убеждений, ценностей и потребностей адресата. Тексты популярной психологии, предполагающие перестройку смысловых конструктов, убеждений (а иногда также ценностей и потребностей личности), как правило, отражают законченную мировоззренческую концепцию их авторов. В качестве примеров возьмем тексты Н. Козлова и А. Свияша. Н. Козлов исповедует своеобразный гуманистический титанизм, воспитание сильной и ответственной личности. А. Свияш строит свою концепцию на эзотерических положениях и исповедует отрицание «негативной» деятельности в нарушение «кармических законов».

Структура текстов Козлова достаточно четкая, она отвечает интенции последовательного реформирования компонентов смысловых конструктов адресатов, складывающихся в целостное мировоззрение и иерархию ценностей. Основные тезисы этого автора, связанные с отношением к жизни, подкрепляются рассуждениями, затрагивающими такие сферы общественного сознания, как этика, наука, искусство и др.

Основное содержание «Философских сказок для обдумывающих житье…» начинается с разъяснения сущности общепринятых методов психологии, с постулирования неэффективности современной практической психологии («Мимо души, или Чего не делает Психолог в школе») и изложения целей и методов, на которые ориентирован автор, а также практики применения его концепции в клубе «Синтон». Затем с помощью концептуальной метафоры экплицируется своеобразная теория структуры личности («души»), состоящей из внешнего и внутреннего «домов», где не угасает внутреннее «Солнышко». Вначале душа сжималась и крутилась вихрем, ища, куда бы укрыться от боли и обиды; потом ветер стих, но висели тяжелые темные облака; позже поплакал дождик, ушел вдаль... Где-то минут через пять небо в душе расчистилось. Я грустил…, но мое внутреннее Солнышко не выключалось ни на минуту… Чтобы такое было возможно, и существует ВНЕШНЯЯ ДУША – как оболочка ДУШИ ВНУТРЕННЕЙ, ее защитница и слуга.

В последующих главах вводятся не менее образные рассуждения о свободе и ответственности, о «смысле и цене жизни», о науке, искусстве, религии, морали и т. д. Получить свободу – то же самое, что получить землю под садовый участок: строй все что хочешь, ура! Но, с другой стороны, на заросшей полынью лужайке пока ничего другого нет и жить поэтому негде. Увы. Иметь свободу – необходимо, но не достаточно… Человек начинается тогда, когда свою свободу он направляет на благо, когда он свободно и осознанно выбирает делать доброВы хотите, чтобы ваша жизнь – любая, в том числе и заполненная ерундой, – стала осмысленной. Нет проблем, ведь с давних времен хорошо известен еще один путь, путь простой и универсальный. Он позволяет сделать осмысленным все и всегда: и мытье посуды, и стояние в очереди, и езду в холодной электричке. Это – путь Любви. Ты только полюби жизнь, что значит: излей на нее свою Любовь, и все в твоей жизни станет любимым, и все обретет смысл. Если любишь все и всегда, твоя жизнь всегда и в любой ситуации осмысленна.

Психологическая система Н. Козлова предполагает реформирование потребностей адресатов (это один из отличительных признаков воспитательной психологии). За основу берутся базовые потребности: в любви, защите от неустроенности, социальных контактах и др.; в процессе интенционально-смыслового развертывания они увязываются с более высокими потребностями (в самореализации, в раскрытии ресурсов психической и физической регуляции, в осмысленном взаимодействии с миром) и выводятся на уровень осознанной деятельности. Например, Ты перекладываешь ненужные бумажки в глупой конторе? — Это ты, празднующий свой сегодняшний день, даришь белым листкам свои прикосновения. А людям ты подаришь сегодня много света. В этом-то тебе никто не помешает?; Переезд в новый город, смена школы или работы, болезнь или крах той финансовой компании, куда вы вложили все свои деньги — если тетушка Жизнь предложит вам это скушать, вы это и скушаете. Естественно. Потому что для всех нормальных людей это События, а вы нормальный. Впрочем, в сценарий своей жизни человек может внести и свой, совершенно самостоятельный вклад… Человек сильный может, улыбнувшись тетушке Жизни, отклонить сценарий ее и разыгрывать свою пьесу, по своему сценарию.



В отличие от текстов Козлова, интенцией А. Свияша, очевидно, не является формирование потребностей, идеалов и ценностей, характеризующих понятие «мировоззрение», здесь также не предполагается реформирование жизненных целей в соответствии с измененным мировоззрением. Напротив, у Свияша речь идет о «разрушении идеализаций»; результатом такой перестройки будет не мировоззрение, а достаточно пассивное «мировидение» – образ мира, служащий основой для реализации намеченных индивидуальных целей. Не анализируя те произведения А. Свияша, в которых излагаются его метафизические построения, обратимся непосредственно к текстам психологического («психотерапевтического») характера (книга «Уроки судьбы в вопросах и ответах»). Книга построена по принципу «вопросы читателей – ответы автора», при этом коммуникативные блоки одной тематики объединены в отдельные главы. Среди общих тем выделяются взаимоотношения полов, родителей и детей, пьянство, болезни, деньги, работа, политика и др. С функционально-смысловой точки зрения, в текстах Свияша преобладает рассуждение, причем авторское изложение отличается достаточно четкой логикой, что сближает его с научным дискурсом. Например, Вы говорите, что человек может сам управлять своей жизнью. А как же с предопределенностью? Ведь Ванга, известная на весь мир ясновидящая, не смела предотвратить смерть своего мужа, хотя и видела, что она приближается? – …Добровольный выбор и предопределенность тесно связаны между собой. Сначала человек делает выбор, а затем неизбежно наступает результат, выглядящий внешне как предопределенность. Затем человек делает другой выбор, и возникают новые последствия, и так всю жизнь. Поэтому мы и призываем людей жить осознанно, понимая, к чему приведут те или иные их убеждения. Например, в юном возрасте лучше самому узнать про свои идеализации и заранее поработать с ними – чтобы потом вы не влюбились в человека, который уже в семейной жизни будет разрушать ваши ценности. Конечно, вы можете сказать что-то типа: «А, обойдется, любовь все победит!» – и не работать со своими ценностями. Тем самым вы сделаете выбор и тем самым предопределите себе будущую семейную жизнь, в которой будут неминуемые разборки, связанные с отстаиванием своих идеалов. Если же вы еще в юности осознаете свои идеалы и искренне признаете, что если кто-то не будет их разделять, то в этом нет ничего страшного, то Жизни не нужно будет сводить вас через любовь с вашим кармическим «воспитателем». Она даст вам того, с кем вам будет действительно хорошо. Вы сделали другой выбор и создали (предопределили) себе другое будущее. Для текста характерна своеобразная терминологическая метафорика: такие авторские термины, как идеализации, желания, «Разумный путь», «космические» заказы, «сосуд кармы», «космическое воспитание», «эгрегоры» и проч. Важными элементами воздействия также являются наукообразие и ирония, функциями которой являются разоблачение несостоятельности некоторых стереотипных взглядов и поступков, а также обеспечение легкого, отчасти критического восприятия материала.

  1. Мотивирование и программирование деятельности адресата, не связанной с восприятием текста, но имплицируемой его содержанием, предполагает формирование мотивов деятельности и представление алгоритма действий адресата. Речевое воздействие здесь часто направлено на формирование устойчивых и обобщенных мотивационных образований, например, Человек таков, в какого себя он верит. Пока он верит, что его будущее задается его прошлым, он никогда не оказывается в будущем, но только раз за разом воспроизводит свое прошлое. Только когда человек примет, что за себя, свою жизнь и поступки отвечает не прошлое и не обстоятельства, а он сам – он начинает жить другой жизнью, свободной и ответственной (Н. Козлов)1.

Иногда адресант представляет последовательную программу действий адресата; в наибольшей степени это выражено в методике НЛП (пятишаговый рефрейминг): Обратитесь внутрь себя и спросите свою творческую часть, хочет ли она взяться за следующую задачу.…Попросите творческую личность на подсознательном уровне обратиться к части, отвечающей за поведение Х и определить, что она пытается сделать для всей личности. Затем заставьте творческую часть генерировать новые способы реализации этого намерения. … А сейчас из всего этого множества способов часть Х выберет те, которые по ее мнению являются более эффективными, нежели стереотип Х в плане достижения той же самой цели… (Р. Бендлер, Дж. Гриндер).

  1. Психофизиологическое программирование предполагает представление последовательности речевых действий, направленных на изменение психического состояния реципиентов и их физиологических процессов. У большинства авторов популярной психологии этот этап сводится к регуляции эмоционального состояния реципиента. Однако, некоторые авторы (Г. Сытин, М. Норбеков, В. Леви и др.) активно используют именно психофизиологическое программирование или даже делают его своей основной коммуникативной интенцией.

Например, в книге Г. Сытина «Животворящее слово» просматривается интенция обеспечения адресата языковыми средствами самовнушения для воздействия на физиологические процессы, изменения самочувствия и формирования определенного эмоционального фона. Композиция настроев имеет достаточно жесткую «программирующую» макроструктуру и повторяющиеся элементы на уровне языковых микроструктур. Большинство настроев содержат установочный коммуникативный блок (Сейчас я буду усиливать нервную систему. Этот процесс усиления нервной системы, повышения устойчивости нервной системы будет продолжаться постоянно-непрерывно днем и ночью) и алгоритмические блоки, нацеленные на мобилизацию органов и систем (Головной-спинной мозг все более устойчиво-правильно управляет жизнью моего тела. Моя вечно молодеющая-юная-здоровая кровь постоянно-вечно начисто промывает головной-спинной мозг и несет в избытке полноценное питание всем нервным клеткам головного-спинного мозга. Молодое-юное-здоровое-богатырское сердце легко, шутя, с молодецкой удалью справляется с работой и с огромной силой гонит кровь по всему телу… Юные глаза умные волевые, волевые умные юные глаза и т. д.). Настрои завершаются программирующим блоком – «протяжкой» на будущее, на конец рабочего дня (И потому в конце рабочего дня я чувствую себя таким же свежим, не уставшим, как утром при пробуждении, как будто бы я весь день отдыхал и накапливал силы).

Итак, речевое воздействие в ракурсе адресанта соотносится с реализацией его интенциональных состояний и деятельностью по видоизменению смысловых структур адресата. Эта деятельность предполагает подготовительный и основной, рефрейминговый этапы. Подготовительный этап предшествуют основному, поскольку именно на нем создаются и закрепляются установки читателя на смысловое восприятие текста, а также обеспечиваются раппорт и эмпатия к проблематике текста. Рефрейминговые процедуры, на которых реализуются основные коммуникативные интенции адресанта, предполагают трансформации более сложных психических структур адресата и поэтому следуют за подготовительным этапом. Следует учитывать специальные процедуры речевого воздействия, присутствующие не во всех текстах популярной психологии. Так, в текстах, направленных на укрепление здоровья и овладение навыками регуляции психических и физиологических процессов, должно присутствовать программирование психофизиологических процессов. В текстах, направленных на воспитание личности, должны присутствовать процедуры перестройки ценностей и потребностей адресата.

Библиография


  1. Асмолов А. Г. Мотивация // Краткий психологический словарь / Под общ. ред А. В. Петровкого, М. Г. Ярошевского. М., 1985. - С. 190-191.

  2. Безменова Н.А. Риторическая модель речевой деятельности// Речевое воздействие в сфере массовой коммуникации. М., 1990. - С.25.

  3. Борев Ю. Б. Эстетика. М.: Политиздат, 1988.

  4. Гриндер Дж., Бендлер Р. Формирование транса. Канск, 1993.

  5. Дридзе Т. М. От герменевтики к семиосоциопсихологии: от «творческого» толкования текста к пониманию коммуникативной интенции автора // Социальная коммуникация и социальное управление в экоантропоцентрической и семисоциопсихологической парадигмах: В 2 кн. М., 2000. Кн. 2. – С 115-137.

  6. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. 2-е, испр. изд. М., 2002. – 487 с.

  7. Патяева Е. Ю. Ситуативное развитие и уровни мотивации. // Вестник Московского ун-та. Сер 14. Психология. 1983. № 4. - С. 23-33.

  8. Прангишвили А. С. Исследования по психологии установки. Тбилиси, 1967.

  9. Тарасов Е. Ф. Методологические и теоретические проблемы речевого воздействия // Оптимизация речевого воздействия. М., 1990. – С. 5-18.

  10. Ушакова. Т.Н. Языковое сознание и принципы его исследования / Т. Н. Ушакова // Языковое сознание и образ мира. Сборник статей / Отв. ред. Н.В. Уфимцева. – М. : [б. и.], 2000. – С. 13-23.

Список источников иллюстративного материала



  1. Бендлер Р., Гриндер Д. Из лягушек в принцы. Нейролингвистическое программирование. Новосибирск, 1992.

  2. Козлов Н. И. а) Как относиться к себе и людям, или Практическая психология на каждый день М., 1997.

  3. Козлов Н. И. б) Философские сказки для обдумывающих житье, или Веселая книга о свободе и нравственности. М., 1997.

  4. Козлов Н. И. Формула личности. СПб., 2000.

  5. Леви В. а) Исповедь гипнотизера. Дом души. М., 1993.

  6. Леви В. б) Цвет судьбы. СПб., 1993.

  7. Норбеков М. С. Опыт дурака или ключ к прозрению. М., 2003.

  8. Свияш А. Уроки судьбы в вопросах и ответах. М., 2004.

  9. Сытин  Г. Н. Животворящая сила: Помоги себе сам. М., 1990.

  10. Хилл Н. Ключи к успеху / Пер. с англ. Мн., 1997.

1 См. о мотивационных образованиях в [Патяева Е. Ю. 1983, Асмолов А. Г. 1985].