Даосизм все — пустота - pismo.netnado.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Даосизм все — пустота - страница №1/1





ДАОСИЗМ

Все пустота

Внимательно изучив даосскую космологию, можно обнаружить такое простое на первый взгляд суждение: бытие возникло из небытия. Впоследствии эта мысль была развита до более детальной последовательности. Вначале было небытие или пустота. Затем в пустоте появилась мысль. Никто не знает, откуда она пришла, но эта мысль привела все в движение. В первое мгновение движения образовалась Ци. Двигаясь, Ци начала разделяться и трансформировалась в Инь и Ян. Инь и Ян породили пять элементов, пять стихий: огонь, землю, металл, воду и дерево. Затем во Вселенной появились десять тысяч объектов — другими словами, все. Однако эти объекты со временем возвращаются обратно в пустоту. Именно в этом движении вперед-назад и заключается Дао. Даосы утверждают, что все явления Вселенной состоят из Инь и Ян. При этом под явлениями понимаются не только объекты физического мира — горы, вода или человеческое тело, — но и те явления, которые мы обычно считаем неощутимыми: чувства, восприятие, побуждение и сознание. Чувства отражают реальность наших ощущений. Осязание, зрение, обоняние, вкус и слух являются одновременно источниками информации об окружающем мире и сами творят этот мир. Мы стремимся повторить приятные ощущения, избегая неприятных. Весь окружающий мир, всю свою жизнь и мысли мы выстраиваем в соответствии с нашими чувствами; и это даосы относят к известным явлениям. Восприятие отражает избирательную способность разума; она также представляет собой явление, потому что с помощью избирательности мы можем сортировать предметы, присваивать им категории или создавать их. Все созданное в сумме образует тесное сплетение причины и следствия, которое еще больше привязывает нас к миру явлений. Эта категория носит название импульса (побуждения). Мы верим в то, что управляем событиями, однако в действительности события образуют сеть, которая сдерживает наше развитие. Сознание, или наше самоощущение в мире, стоит выше этих факторов; однако оно наиболее ответственно за нашу связь с остальными явлениями. Помните: Вселенная была создана мыслью — не мыслью Всевышнего, а неким побуждением, импульсом, стремлением разделить. Даосы, как буддисты и йоги, считают Вселенную не материальным, а мысленным образованием. Они считают, что Инь и Ян включают в себя как физические, так и умственные категории.

Все это взаимосвязано. Каждый объект не способен самостоятельно создавать реальность. Нет ничего, что существует, не будучи созданным; нет ничего, что не являлось бы причиной другого события. Все берет свое начало в другом; одно является причиной другого; ничто во Вселенной не может существовать само по себе. В принципе, каждая вещь продолжает порождать все более и более разнообразные следствия. Наша реакция на мир стимулирует наши чувства и восприятия, вынуждая нас действовать. Мы создаем новые обстоятельства, которые не только порождают новые объекты, но и питают поле импульса, одновременно уплотняя сеть нашего участия в мировых событиях. В итоге же наше сознание все больше переплетается с паутиной явлений, а результатом этого непрекращающегося взаимодействия все больше и больше усложняются причинно-следственные связи.

Все изменяется. Рано или поздно все будет уничтожено - не в буквальном смысле, но путем перехода в нечто иное. Подобно горящей ветке, от которой остаются угли, все явления непрестанно движутся от создания к уничтожению. То, что представляется нам рождением и смертью представляют собой лишь постоянное взаимодействие с изменением. Это нельзя считать ни созиданием, ни разрушением - это просто постоянное движение.

Поскольку все во вселенной бесконечно меняется, нет ничего постоянного, вечного или абсолютного. Именно из-за отсутствия постоянства и продолжительной осязаемости все явления считаются иллюзорными. Это не значит, что нет ничего твердого (хотя бы твердой пищи); речь идет о том, что ничего в мире нельзя признать реальным с точки зрения возможности независимого существования и способности противостоять воздействию. Даосы говорят, что нельзя зависеть от чего-либо. Они понимают, что ни одно явление не может служить основой для жизни или философии. Они говорят, что жизнь- это лишь сон, она неосязаема и недолговечна.

Даосы называют это пустотой, имея в виду, что не существует событий реальных, плотных, вечных, абсолютных, безотносительных и неизменных. Постоянная смена явлений тесно связана с мириадами факторов, которые связаны между собой лишь в нашем субъективном воображение. Даже наш внутренний мир чувств и мыслей ничем не отличается. Наши чувства и мысли являются частью общей чехарды; они изменяются в соответствии с взаимодействием между нашим сознанием и внешним миром. Поскольку ничто не может быть названо не­изменным и объективным, значит, ничто нельзя признать «реально существующим». Именно поэтому даосы называют мир явлений пустым, имея в виду отсутствие внутренней реальности мира.

По этой же причине даосы стремятся освободиться от пут окружающего мира. И у даосов встречается привычка рассматривать все, как реальность, считая реальностью свои чувственные эмоции и обманчивые ощущения. Используя магию, они могли манипулировать пятью стихиями и создавать новое между небом и землей — однако они так и не освободились от мира явлений, считая, что имеют дело с высшей реальностью, тогда как на самом деле лишь участвовали в непостоянной игре Инь и Ян. .Внутри нас даже абсолютного «я» не существует. Есть лишь явления. Вот второе определение пустоты: мы пусты внутри, ибо не существует абсолютного «я».

В связи с этим очень трогательно и смешно слушать слова молодых о том, что они хотят «найти себя», «сформироваться как личность. «Найти себя» абсолютно невозможно. Если же вы не верите в это, последуйте приглашению даосов и загляните внутрь себя.



Существуете ли вы на самом деле?
Вопрос о существовании абсолютного «я» — один из фундаментальных и наиболее глубоких в даосизме. Учителя постоянно задают его своим ученикам и те медитируют годами, пытаясь найти ответ на него.

Услышав этот вопрос, многие вначале обращают внимание на свое физическое тело, как доказательство истинности существования. «Вот он я! — утверждают они. — Потрогай меня, а я потрогаю тебя. Это и есть мое абсолютное "я"».

Однако для даоса физическое тело не является достаточным доказательством. Ведь тело изменяется: оно стареет, подвергается риску заболеваний и травм; его довольно легко уничтожить. С этой точки зрения наше тело — весьма хрупкое средство передвижения. Да, тело является физическим объектом. Непонятно лишь, что именно приводит его в движение. Науке удалось точно разобраться в химических компонентах человеческого тела, определить все виды электрических импульсов и химических реакций, доказать необходимость использования кислорода. Но как бы далеко ни продвинулись ученые, никому из них еще не удалось создать живого человека из кучки химикатов, воды и воздуха. Следовательно, мы не можем доказывать свою осязаемость примером нашего физического тела, ибо за ним стоит нечто отвечающее за наши личные качества, наше мышление — нас самих.

Вам случалось видеть мертвого человека? Тело вполне осязаемо. Оно существует. Но в этом теле нет самого человека. Фактически, вы можете заметить, что лицо выглядит немного незнакомым. Впоследствии тело подвергается изменениям, разлагается и исчезает — однако оно ни в коем случае не несет ответственности за то, что делает нас людьми.

Несомненно, человек — это не только его тело. Каждый из нас способен думать. В принципе, наиболее «человечной» нашей частью является мозг. «Я мыслю — следовательно, я существую»,— утверждает человек. Однако такой ответ вряд ли удовлетворит даосского учителя. Учитель попросит нас объяснить, что же такое разум. «Но это не так просто», — можем запротестовать мы. Однако учитель настаивает; что ж, придется разложить разум на составляющие:

Память Эмоции

Восприятие Интуиция

Логическое мышление Привычки

Любознательность Сознание

Творчество Подсознание


Тогда учитель спросит нас: что такое эго? Разве у каждого из нас нет ощущения «я» (которое оскорбляется, если с нами плохо обращаются)? Разве не эго является движущим средством наших амбиций и надежд? Разве у нас нет личных целей и желаний? Или мы никогда не глядим на себя в зеркало, чтобы узнать, как мы выглядим? А может, нам совершенно все равно, как мы выглядим в глазах других?

Более того: во время медитации мы ощущаем некий голос внутри, который ведет с нами постоянный внутренний диалог, — голос, от которого мы стараемся избавиться при внутреннем самосозерцании. Это голос истинного эго — скажет нам учитель. Вот что удерживает наше существование в этом мире. Мы существуем, потому что постоянно напоминаем себе об этом. Мы постоянно занимаемся тем, что отмечаем, как выглядит мир в данную минуту, а затем приспосабливаем себя к этому постоянно изменяющемуся восприятию. Что ж, отлично; по крайней мере, мы чувствуем себя счастливыми. Мы существуем, потому что наш ум поддерживает наше существование, — в этом ответ. Как быстро удалось учителю помочь нам с решением одной из самых запутанных духовных загадок!

Однако учитель, кажется, и не собирается оставлять нас в покое. Он продвигается дальше: «А кто скажет — так, из любопытства, — что произойдет, если наш разум прекратит свои постоянные напоминания о существовании?»

Ладно, предположим, что так и произойдет. Может быть, если мы перестанем (действительно) думать об этом, то прекратим наше существование. Может быть, мы просто растворимся. Если наш разум на подсознательном уровне забудет сообщить сердцу, что необходимо биться, а легким — что им следует дышать, мы быстро погибнем. Но, очевидно, учитель явно не имел в виду буквальный смысл; он хотел сказать, что если мы действительно перестанем верить в собственное существование, то нас на самом деле просто не будет.

Что ж, мы разобрались в причинах смущения. В конце концов, мы провели многие годы на тропе Воина на Пути Знания, думая как раз об обратной стороне этого вопроса. Мы никогда не сталкивались даже с намеком на то, что наше самоощущение может быть неправильно. Нам говорили, что мы поступаем правильно, защищая себя, совершенствуясь, самоопределяясь, отважно стремясь к поставленным целям. Теперь же вопрос повернут другой стороной. И что оказывается — все наши усилия были впустую?

Правильно, отвечает Мастер. Через все это необходимо пройти, чтобы затем спокойно вычеркнуть эти качества личности вместе с общественными привязанностями. Избавиться от этого можно, лишь живя жизнью Воина на Пути Знания. Если бы мы с самого начала стали спорить о том, существуем мы или нет, нам бы не удалось добиться успехов из-за нехватки внутреннего понимания, которое приобретается лишь в жизненной борьбе. Попутешествовав по миру, испытав все, что общество именует «настоящим» и «важным», потратив часть жизни на Постижение личного успеха и осознание того, насколько непрочным является этот успех, — лишь при этих условиях у нас появляется право задать простой вопрос, существуем ли мы.

Обратимся к религии; в конце концов, наш учитель верит во что-то. Может быть, нам удастся поймать старика на противоречии — ведь это будет первый случай в истории! Надо же! Ученики загоняют учителя в глухой угол! Судя по тому, что нам известно из религиозных теорий, человеческое существо состоит из тела, разума и души. Естественно, что тело не может существовать без разума, а основной функцией разума является постоянно напоминать себе и телу о нашем существовании; следовательно, если мы прекратим эти напоминания, то перестанем быть реальными. Но как быть тогда с душой? Безусловно, именно она должна быть источником нашего истинного существования!

Мудрейшие говорят о «бессмертии души». Мы слышим о том, что наши души существуют с момента появления Вселенной и что они вечны и не исчезают, даже если разрушить тело и разум. Как тогда быть со светом, с просветлением, возникающим во время медитации? Можно ли считать его доказательством существования души? Но надо соблюдать осторожность, говоря о том, что здесь мы имеем в виду не ту душу, которая «лично наша» или которая отражает нашу личность и воплощает «истинное я». Ведь те, кто наблюдал это внутреннее свечение, имели дело не с чем-то личным, а скорее со вселенским проявлением. Этот свет не имеет каких-либо характеристик. Ему нельзя приписать свойства, чтобы потом объявить «собственным»; вместе с тем нельзя сказать и о нас, что мы принадлежим этому свету. Наблюдая свечение во время медитации, мы сталкиваемся с проявлением вселенского единства — вечности, которая является неотъемлемой частью безграничного пространства Вселенной. Мы не можем заявить о своих правах на это величие. Значит, даже на высших уровнях сознания мы не можем обнаружить доказательств того, что существуем как независимые создания. Даже наоборот: этот медитативный опыт лишь подтверждает, что мы — лишь грань всего сущего, крошечное различие в необъятной однородности Дао.

Учителя утверждают, что в действительности мы не существуем. Точнее говоря, трудно даже определить, где наше начало и конец. Мы не являемся отдельными личностями, ибо находимся в постоянном движении. Мы не знаем, где начинается и где заканчивается «я». Наше «я» может в данный конкретный момент размышлять о следующем приеме пищи, но может и играть с противоположными концами безграничной Вселенной. Оно может существовать в качестве неопределенной души с момента появления собственно времени; но может статься, что мы сами создали его минуту тому назад. Если нам удастся остановить наш внутренний диалог во время занятия медитацией, может возникнуть ощущение странного погружения, в котором не работают привычные модели сознания; при этом мы не найдем слов в языке, чтобы описать это состояние даже себе, не говоря ужо других. Однако мы, предположительно, не существуем ни в количественном, ни в качественном измерении. Следовательно, дать реальное определение бесконечности оказывается невозможным.

Учителя говорят нам, что наше ощущение собственного существования в действительности является определенным способом мышления, с помощью которого мы привыкли ежедневно поддерживать свое существование, и что этот самый способ мышления явно недостаточен для высшего осмысления. Когда учителя говорят, что мы не существуем, они тем самым хотят заставить нас отказаться от использования разума для утверждения реальности существования; вместо этого учителя предлагают нам воспользоваться непосредственным чувственным опытом. Если мы прислушаемся к советам, то увидим, что все наше ощущение индивидуальности, особенности — не более чем посылка разума, ставшая привычной. Несмотря на проделанный нами длинный и утомительный путь в неизведанное, мы так и не перешли границы категорий, которые определяют сущность явлений: физической формы, чувства, восприятия, импульса и сознания. Ничто в нас не может быть использовано в качестве абсолютного «я». Все явления внутренне пусты, и мы пусты вместе с ними. Если мы рассеем свою привязанность к физическому телу, разуму и духу, мы разорвем пелену, отделяющую нас от Дао. Мы не можем увидеть Дао, потому что привычно рассматриваем пять форм явлений в качестве объективной реальности. Но понимание пустоты любого явления выведет нас за рамки этого препятствия.



Пустота это все
Опять же, в этом даосы соблюдают исключительную осторожность. Существует опасность рассматривать явления как нечто отдельное от пустоты. Но проблема не в этом. Проблема — в нашем самоотождествлении с этим явлением. Пустота не является противоположностью существующей Вселенной. Даже избавившись от всех исключительно физических объектов, мы не обнаруживаем пустоты. Однако при этом мы противопоставим пустоту существованию. Следовательно, пустота будет частично (наполовину) двойственна по отношению к существованию — но тогда, в соответствии с принципом даосизма, пустота не может быть абсолютной, поскольку если ее можно определить как часть противоположности, значит, она поддается исчислению.

Вместо этих рассуждений даосы утверждают, что истинное состояние пустоты является абсолютным и не может содержать никаких противоположностей. Вместе с тем, в то же мгновение, когда в пустоте возникает малейшая противоположность, она перестает быть абсолютной. Мириады сочетаний Инь и Ян объединены в слове тай-цзи, или «высшее, конечное». Это слово обозначает все существующее, начиная с материи и заканчивая мыслью. Пустота же называется у-цзи, или «безграничность». Лишь в пустоте совершенно исчезают любые определения и различия. При этом Инь и Ян сливаются воедино и перестают действовать — ведь по законам Инь-Ян, эти противоположности не встречаются в чистом виде. Они взаимно определяют друг друга; удалив одну противоположность, вы автоматически заставите исчезнуть другую. Инь и Ян представляют собой истинную пару противоположностей.

Но в пустоте не бывает различий. Вы не можете подойти к высшей истине, пока не исчерпана возможность уменьшать одну часть противоположности. Все в этом мире существует в результате существования чего-то другого — будь это обстоятельства, приведшие к явлению, или определяющая противоположность (как черное и белое, ночь и день). Даосы утверждают, что бытие и небытие не могут быть истинной парой противоположностей, поскольку не являются в действительности Инь и Ян (а вследствие относительности Инь и Ян абсолютная истина становится невозможной). Следовательно, бытие и небытие неразделимы. Ведь если бы состояние пустоты действительно существовало, то не существовали бы границы. Однако существуют Инь и Ян, существуют различия, а следовательно — границы и рамки.

Этот поразительный, даже пугающий философский подход очень напоминает логическую посылку: «А равно Б. А не равно Б. Б равно А. Б не равно А». С самого начала даосы не допускали дискуссий на уровне логических суждений, ведь Дао постигается мистическим, а не рациональным путем. Бытие и небытие тождественны. Следовательно, бытие равно небытию; иными словами, за ширмой нашего разума и мировых событий находится пустота, но пустота одновременно тождественна и самим событиям. Таким образом, не существует высшей реальности, к поискам которой стоило бы стремиться. Высшая реальность — это ничто.

Мы могли бы расценить пустоту как совершенное отрицание, отказ от всего, что мы привыкли считать реальностью. Но даосы отождествляют пустоту с явлениями, а явления — с пустотой. Они отрицает двойственность; говоря словами Лао-цзы: «В чем разница между «Да» и «Нет»?». Это лишь более специфичный подход к определению единства всего мира. Лишь осознав свое единство, вы в состоянии объединиться с Дао; лишь преодолев свое чувство личности, индивидуальности, вы сможете истинно и безошибочно проникнуть в сущность Дао. Именно тогда вы сольетесь с Дао, а Дао — с вами. При этом вы не найдете ни следа от своего прошлого «я», вы потеряете все самоощущение; у вас не останется ни собственных мыслей, ни жизни или смерти, ни существования. Вы станете одним целым с бесконечностью, а бесконечность не может ограничить себя, выразив себя в образе мыслей человека.

Вероятно, именно это имел в виду Лао-цзы, когда говорил: «Кто знает — молчит; кто говорит — тот не знает». Могут ли говорить те, кто постиг сущность Дао? Ведь они более не существуют как личности. В высшем смысле постижение сущности Дао означает полное осознание иллюзорности собственного «я».

Если человек действительно понимает, что тай-цзи это у-цзи, и наоборот — значит, не существует ни рая, ни ада, ни святости, ни греха, ни молящегося, ни Бога. Истинное понимание сущности пустоты обозначает трансцендентность двойственности. Мы не можем сказать, что осознание пустоты — это рай. Ведь если бы существовал рай, то должен был бы существовать и ад, а мудрость даосов гласит, что двойственность можно преодолеть. Может, именно это имели в виду мудрецы, говоря, что душу невозможно уничтожить, — ведь если души не существует, то нет и ее уничтожения?! Святость является лишь относительным состоянием; однако она ближе к противоположностям ИНЬ и ЯН. Осознав сущность пустоты, человек теряет возможность проводит различия, так что для него святость и несвятость перестают существовать определением..

Не может также существовать ни Бог, ни молящийся Богу: ведь в пустоте все является единым, а все единое — пустотой. Так существуют ли боги? «Да» — говорят учителя. Правда, боги, подобно людям, также должны для этого постоянно верить в свое существование. Следовательно, если не говорить о том, что сила и мощь богов превышает человеческую, они существуют не более осознанно, чем мы с вами.



Вопрос: Есть ли самый главный Бог?

Ответ: Бог существует, пока вы верите в себя.

Если исчезнет ваше «я», исчезнет и Бог. Его просто не будет —останется лишь единство всего со всем. Но поскольку не бывает единства плюс «я», значит, не может быть и единства с Богом. Может быть лишь Единое.

Следовательно тот, кто смог преодолеть ощущение отдельности своего «я» от единства Вселенной, является Богом; Бог — это вы сами; вы — это мир; но при этом вы лишены индивидуальности, целей, устремлений и мыслей. Вас практически не существует. Вас нет как отдельной личности, но вы слились воедино со всем, что существует. Вы — Единое.

Постигший сущность пустоты не боится смерти. «Почему?»— спросите вы. Потому что он поймет, что не имея собственного «я», умереть невозможно. Уже само определение отрицает возможность жизни после смерти, перевоплощения и кармы. Нет «я» — нечему переживать эти страшные вещи. Вот почему мудрец неуязвим.

Поэтому даосы, утверждая отсутствие как святости, так и разрушения, развивают дальше идею преодоления двойственности и вообще — всех понятий и определений. В пустоте отсутствуют любые формы, восприятия, чувства, импульсы, любое сознание. Следовательно, там не существует пути; нет привязанности и нет непривязанности. Познать пустоту можно лишь через парадоксальное состояние неосмысления, избавившись от двойственности между мыслью и ее объектами, удалив любые различия разума, устранив всю разницу между Инь и Ян (ведь реальность и нереальность не могут быть полноценной парой противоположностей). Осознание сущности пустоты в действительности означает отсутствие любых различий. Лишь в этом случае можно познать Дао.

В конце концов, не существует и тела, которое необходимо очищать. Какой в этом резон, если нет разницы между чистым и нечистым? Нет разума, который занимался бы различными мыслями и философией, — так зачем тогда слова? Стремиться совершенно не к чему. Стоит ли испытывать стремление в этом случае? Души не существует и в помине — ни к чему обращать внимание на любые проклятия. Все вокруг — лишь пустота, одна только пустота, и все возвращается на круги своя.

Понимание пустоты является еще более высоким уровнем овладения даосизмом, чем у Даоса с Южного Утиного Берега. Лучше всего рассмотреть эти различия, сравнив стихотворение Даоса со строфой более старого мудреца — Избегающего Опасности:
Подобно плоту, который дрейфует в морских волнах,

Я не знаю ни куда я плыву, ни к какому берегу меня прибьет.

Постижение Дао заключается в непрестанном движении.

Так из божественного великолепия зарождается истинная природа.
В общем смысле это стихотворение буквально построчно опровергает слова менее подготовленного даоса. Говоря о себе как о плоте в океане, Избегающий Опасности моментально указывает на отличия от Даоса с Южного Утиного Берега. В то время как последний все еще занимается вопросами о том, что ему нравится, а что — нет (говоря, что придворные одеяния более не привлекают его, что ему приятнее белые облака и изумрудные горные склоны), Избегающий Опасности лишь указывает на то, что он дрейфует по океану Дао. У него уже нет никаких притязаний, и ему все равно, куда его прибьет течением. Мудрец полностью доверился потоку Дао, и в его положении выбирать уже не приходится. Один берег похож на другой — так к чему все эти волнения? Кроме того, образ плота призван подчеркнуть, что океан Дао неизменно и надежно поддерживает Избегающего Опасности на плаву.

Говоря о том, что постижение Дао заключается в непрестанном движении, Избегающий Опасности подтверждает, что в своих занятиях он продвинулся далее даже таких совершенных техник, как отказ от земных привязанностей и медитация. Ему уже не нужно скрываться от людей среди гор; нет необходимости и в том, чтобы презирать мир у подножия гор. Он преодолел необходимость самоизоляции, осмысления и озарения. Теперь он послушно следует за Дао повсюду. Для этого мудреца мир ничем не отличается от наших впечатлений: Избегающий Опасности ест, спит и ходит по земле. Но его отличие от нас в том, что мудрец не проецирует свои чувства вовне, даже находясь в этом мире. Он просто стер грань различий между собой и миром, так что любые действия он совершает лишь под воздействием Дао.



Результатом же является возрождение истинной внутренней природы Избегающего Опасности. Это происходит не за счет внутренних усилий и не является божественным промыслом — это возникает само собой в результате бесцельного дрейфования в неизмеримом океане Дао. Потрясающая красота, которую дает новое рождение, исходит от источника всего сущего во Вселенной. Этот источник — пустота. Именно из пустоты возникает истинная, внутренняя природа. Избегающий Опасности тем самым показывает, что находится гораздо дальше, чем самый искусный Воин на Пути Знания, самый прилежный аскет. Он стал одним целым со всем сущим. Он слился воедино с Дао. Он превратился в саму пустоту. Его слова -последний намек на необходимость следовать за Дао в повседневной жизни. Если вы поймете весь смысл сказанного мудрецом, то вы сможете уподобиться плоту, плывущему в волнах безбрежного Дао.

Постичь сущность Дао очень трудно — недаром ведь мудрецы говорили о нем: сюань — «самая темная и глубокая из всех тайн». Дао находится с нами постоянно — но его невозможно пощупать, ощутить. Он сверкает внутри нас, подобно яркой свече в стальном фонаре, — но лишь тьма окружает фонарь снаружи. Дао постоянно движется, но мы не в состоянии измерить скорость и направление этого движения. Он — сама пустота; мы же живем лишь в мире внешних проявлений. Дао действительно велик. Он выше любых описаний, концепций и названий. Он — тайна, без которой ничто не пробуждается к жизни. Сумевшие постигнуть сущность Дао сливаются в единое целое с Вечностью. Сумевшие познать сущность Дао растворяются в нем самом.